В день, когда Нирель ушла в новый мир и больше не вернется, кажется, что я освобожден от ее тоскливого проклятья. Но страсть к ней, как болезнь, лишь сильнее разжигается, словно огонь из мрачного Империи Инфернум. Шантаи же наслаждается ее душой и телом за пределами Оливиума, и эта мысль все больше меня губит, как волчица во тьме, бесцельно рвущаясь к ней....
Если тебе будет что-то нужно, я у себя, – собралась она уходить, но я вскочила с кровати и остановила ее.
– Ты не видела Кирона?
– С того дня, как вы приехали из Силвы, я не видела его в замке. Так что тебе не обязательно выполнять его приказ. В четырех стенах с ума можно сойти. Сходи в сад, подыши свежим воздухом. Только оденься потеплее. Снег срывается, – подмигнула Айдис и покинула покои.
Милт отрицательно покачал головой, когда я на него посмотрела. Нагил больше беспокоился о себе. Я слышала, как Кирон под страхом порки запретил ему меня выпускать.
– Не надо, Нирель, – взмолился Милт, когда я открыла шкаф и начала выбирать платье и плащ. – Давай дождемся Кирона? Нам всем от него попадет.
– Не переживай. Я не дам тебя в обиду. Можешь пойти со мной, если хочешь.
– А у меня есть выбор? Я не должен с тебя глаз спускать.
– Тогда пошли, – облачилась я в теплую одежду и остановилась на пороге.
Милт глубоко вздохнул и последовал за мной с опущенной головой.
Когда мы шли по коридорам замка, казалось, что его обитатели вымерли. Шаги эхом отдавались от стен, и только в кухне рядом с трапезной бурлила жизнь. Повара собирали котомки с едой и передавали их воину шантаи.
"Айдис не обманула, сегодня в Маскулайне было особенно холодно. Снег не просто срывался с темного неба, а сыпал так, что кусты и деревья превратились в белые неподвижные статуи.
– Нирель, холодно. Давай вернемся в комнату?
Я дрожала не от холода, а от жуткого состояния потери. Исчезла частичка меня самой, и я не знала, жив мой сын или нет.
