В комнату внезапно наполнился свет огня, радостно плясавший над полом и стенами. Но что особенно поразило - это трепещущий розово-золотой шлейф в центре помещения. Одиноко лежал на коврике молодой мужчина в роскошных одеждах, его лицо мгновенно исказилось страстью и тупостью, словно он не был самим собой. Это место - царство огня, где любое вторжение неподвластенными вызывает кару от могущественного дракона.
Веди ко мне врача и скорее позови Нерезу…
— Врач не поможет, никто вам не поможет, кроме плада, владеющего великим искусством! — осмелился возразить управляющий. — Не сходите с ума, эньора, зачем терпеть такие муки? У вас есть жених, он поможет вам. Или мне позвать эньора Сизера?
Гнев вырвался из меня призрачным пламенем.
— Делай, как велено! — прорычала я.
Жако ушел.
Очень скоро в комнату вбежала Нереза, и мне сразу стало легче. Увидев меня, женщина обомлела, затем вскрикнула и, прижав руки к лицу, заплакала. Это меня так удивило, что я на мгновение забыла о боли и, приподнявшись, произнесла растерянно:
— Да ты что, Нерезушка? На мне как на собаке заживет…
Нереза покачала головой и, отняв руки от лица, поглядела на меня снова, и глаза у нее были полны ужаса. Подойдя ко мне на негнущихся ногах, она тяжело опустилась на кровать и, взяв мою руку в свою, сжала."
"— Что же ты совсем не бережешь себя, глупая девчонка? — упрекнула она горько. — Что ты лезешь повсюду, с огнем играешь? Сколько мне еще учить тебя, как себя вести?
— Ты сама ответила на свой вопрос – я глупая девчонка, — ответила я, радуясь тому, что наконец-то она перестала называть меня «эньорой». Мне так это было надо, так я нуждалась в простом отношении.
— Ты хуже, чем глупая! Ты дерзкая! Своевольная! Хитрая!
— Вот видишь? Значит, я заслужила.
— Это она, верно? — шепотом спросила Нереза, разглядывая мою обожженную щеку. Хорошо еще я увернулась в последний момент, и огонь не ударил по глазам. — Это Кинзия сделала? Конечно, она… Не выдержала, пустила огонь в ход… Я же предупреждала, что она убьет за Мариана.
— Причем тут Мариан?
— Другим ты можешь вешать лапшу на уши, но я-то сразу поняла, что между вами с молодым Сизером происходит. Он так и ест тебя глазами, так и норовит коснуться, а сколько он возился с тобой? Кони эти, великое искусство… Мариан для Кинзии не просто брат, это ее ребенок, единственный, кто любит ее по-настоящему!
— Но ты говорила, что владетель тоже любит жену.
— Это другое… Что же теперь будет? Куда запропастился этот Жако? Неужели не понимает, что каждая минута для тебя мучение?
Словно в ответ на ее возмущение, в дверь постучали. Только Нереза открыла дверь, как внутрь ворвался… Сизер. Управляющий, подлец, лишь воровато заглянул в комнату да был таков.
— Я же просила не говорить! — злобно крикнула я. — Чтоб я еще раз о чем-то попросила тебя, Жако!
— Тише, пожалуйста, — попросила Нереза, беспокоясь обо мне.
Ну а мне и так, и эдак было больно.
