В комнату внезапно наполнился свет огня, радостно плясавший над полом и стенами. Но что особенно поразило - это трепещущий розово-золотой шлейф в центре помещения. Одиноко лежал на коврике молодой мужчина в роскошных одеждах, его лицо мгновенно исказилось страстью и тупостью, словно он не был самим собой. Это место - царство огня, где любое вторжение неподвластенными вызывает кару от могущественного дракона....
Молодые и привлекательные, немного ошалевшие от того, что, наконец, принадлежим друг другу, мы легко зажигались и ярко горели вместе…
На четвертый день после свадьбы Мариан и Гемма пришли к нам с визитом.
Будущей эньоре Сизер, наверное, важно было удостовериться, что все у нас с Рензо хорошо и что опасности я не представляю, а Мариан просто составил невесте компанию. По крайней мере, так я себя успокаивала…
Когда нам выдалась минутка поговорить наедине, Сизер протянул:
— Вам надо уехать на юг, чтобы медовый месяц был еще слаще.
— Нам и здесь сладко, — ответила я.
— Не сомневаюсь, — проговорил он без единой нотки радости за нас, и, приблизившись ко мне на расстояние, не допускаемое приличиями, шепнул на ухо: — Уезжай, Лери, уезжай далеко. Я не хочу, чтобы ты была рядом.
— Мы уедем, не переживай, — шепнула и я, глядя в сверкающие голубые глаза мужчины.
— Я не переживаю, а предупреждаю. У меня свадьба скоро, и я не хочу искушений под боком. Да и ты не хочешь искушаться, правда?
— Не понимаю, о чем ты говоришь, — отчеканила я и отошла.
— Браво, Лери, вот ты и стала настоящей эньорой, — усмехнулся он и, заметив Рензо, начал разговор уже с ним.
Гемма с Марианом надолго не задержались, но тем же вечером с визитом к нам пожаловал еще и Николис Орсо. Он и раньше поглядывал на меня как кот на сметану, и прямо говорил, что любовница из меня получится отличная, но после того как я стала женой Рензо, взгляд Орсо стал еще более откровенно оценивающим, прикидывающим…
— На поединок нарываешься? — спросил Рензо, который, конечно же, все это отлично видел.
— Я не участвую в поединках, ты же знаешь, — лениво ответил будущий дипломат. — А вот тебе, малыш, придется поднапрячься с такой женой. Поединков много будет, это я тебе гарантирую.
— Ну и ну, — протянула я. — Не думала, что ты можешь быть таким неприятным, Нико.
— Я тебе неприятен? Какой кошмар. Как я могу исправиться?
— Заткнись и перестань пялиться на мою жену, — ответил за меня Рензо.
— На твою жену не станет пялиться только слепой.
— Если будет надо, я тебя ослеплю, Нико.
— Слышала, что говорит твой муженек, Валерия? — притворно удивился плад.
— Главное, чтобы ты услышал и уяснил, что он сказал, — ответила я, и отложила в сторону пирожное с воздушным кремом. Пирожные нам к чаю принес Орсо, и они были замечательные: свежие, пышные, не приторные, посыпанные дроблеными орехами.
