Из книги "Империя" открывается взгляд на мир через призму фантастики. Он не только освещает окружающий нас мир, но и глубоко проникает в духовное существо человека, которое часто игнорируется серьезной литературой. В мире этого романа любое предположение может стать реальностью, и это делает его неотразимым для тех, кто ищет что-то новое и фантастическое в повседневности....
— Я считаю, что преступник, стреляющий в милиционера, не достоин права жить! — Он помолчал, будто давая возможность остальным осознать его слова, и заговорил снова: — Поэтому каждый, кому придет в голову шальная мысль просто попробовать взглянуть на моего милиционера или солдата, сержанта, офицера, короче, любого, кто принес мне присягу, через прорезь прицела или попытаться любым иным способом нанести ему вред, должен знать, что с этого момента он становится моим личным врагом. — Император вновь обвел взглядом присутствующих, сказал: — Спасибо, — и отдал микрофон.
В течение последующих семи месяцев в Империи было ликвидировано (жестко или не очень) более двухсот националистических организаций различного толка…
— И чего?
Израель пожал плечами.
— Да так…
Они снова помолчали. Потом Израель спросил:
— Завтра уезжаете?
Виктор кивнул. За дверью раздался дробный стук каблучков, и в комнату влетела возбужденная Ракель.
— Виктор, привет, мама сказала, что ты пошел гулять. Я так и знала, что ты у Израеля.
Израель, который и сам неровно дышал к Ракель (настолько неровно, что Виктору казалось, что он сменил гнев на милость именно после того как сообразил, что, если уедет Виктор, у него самого появится шанс сблизиться с Ракелью), слегка зарделся и приветственно кивнул.
— Привет, Ракель.
Но той было не до формального обмена любезностями.
— У меня потрясающая новость! Мы тоже уезжаем в Империю.
— Что-о-о-о?!
У обоих мальчишек округлились глаза.
Ракель победно усмехнулась:"
"— Папа уже давно разослал резюме в разные фирмы, и вчера ему пришли ответы одновременно из «Локхида» и с русского Хруничева.
— Ой, я забыла сказать, Виктор, тетя Руфа просила тебя скорее идти домой. Все уже собираются ужинать и ложиться спать. Ведь вам завтра рано вставать.
Виктор чуть не скривился, но даже эта фраза теперь не смогла испортить ему настроения. В конце концов, как оказалось, уезжая, он оставлял не так уж и много.
