Он толкает кресло, и я бегу вперед, но он снова тянет ее назад прямо перед тем, как она упадёт.
— Почему ты выглядишь как труп? У тебя нет чувства юмора? Я всего лишь проверял ее решимость, которая, кстати, крайне слаба.
Мое тело чувствует себя чужим, я глотаю воздух большими глотками, сокращая небольшое расстояние между мной и Гвен.
Мой отец отходит в сторону.
— Так это будет ее отец? Ты ведь понимаешь, что он пожертвовал своей молодостью ради нее? Как думаешь, долго ли ты проживешь, если он узнает, что ты убила его дочь? С его характером он может стать твоим новым злейшим врагом, даже большим, чем я.
Хотя за твоими отчаянными попытками спастись от его гнева будет забавно наблюдать.
Я игнорирую его и опускаюсь на колени перед Гвен, затем как можно мягче снимаю с нее скотч."
"— Не надо…, — всхлипывает она, как только скотч снят, задыхаясь и с трудом выговаривая слова. — Не выбирай меня, пожалуйста. Я не смогу жить без папы.
Я прижимаю ее голову к своей груди, запустив руку в ее волосы.
Я не знаю, кто дрожит — она или я.
Или мы обе.
Мой голос хрупкий, когда я пытаюсь успокоить ее:
— Ш-ш-ш. Все хорошо, Гвен. Все будет хорошо. Я обещаю.
— Пожалуйста… пожалуйста… только не папа… пожалуйста…
Я отступаю назад и глажу ее волосы, убирая их с лица.
— Ты самое прекрасное, что было в моей жизни, Гвен. Я бы получила тебя снова и снова, если бы у меня был выбор. Я люблю тебя больше, чем саму себя.
Две слезы текут по ее щекам.
— Я тоже тебя люблю. Я всегда хотела, чтобы ты была в моей жизни, но не так.
Пожалуйста, не выбирай меня… пожалуйста…
Я сжимаю ее в очередном объятии и шепчу ей на ухо:
— Скажи Кингу, что я люблю его.
И с этим я отпускаю ее.
Шокированное выражение на ее лице медленно превращается в осознание, но я не обращаю на нее внимания, поворачиваясь к отцу.
— Так трогательно. Я чуть не прослезился. — говорит он с ничего не выражающим лицом. — Кто же это будет, мой красный георгин?
— Можно я сначала обниму тебя?
Эта просьба застает его врасплох, и он сужает на меня глаза.
— Что за игру ты затеяла?
— Ты хотел обнять меня раньше. Забудь об этом, если не хочешь.
— Думаешь, я на это поведусь?
— Гвен, откатись! — кричу я, отталкивая ее от края так сильно, как только могу.
Когда мой отец видит, то ругается и начинает двигаться к ней, но я использую небольшое отвлечение, прижимая свое тело к его. Он намного больше меня, так что элемент неожиданности играет в мою пользу.
Я бросаю последний взгляд на Гвен и говорю:
— Я люблю тебя.
