От сумасшедшего шарпеля и тюремщика (январь 1986 года, Сан-Квентин) — выходит некий Сергей Тамбовский. Но он не просто так перешел с острова каторвых в более ухоженный дом-интернат за преступления против государства: ему требуется больше места для творчества и дурачков, которые там ждут его. Так начинается новая жизнь в чужом мире — где залетные мысли возвращают к жизни забытые истории и где каждый шаг может стать страницей легенды....
— А ты лихой парень, — повернулся он ко мне, — у нас тут редко кто мог так утихомирить эту гору мяса. Продолжай в том же духе.
И они оба вышли из камеры, лязгнув закрываемой на ключ дверью. Тут, наконец, заговорил молчавший до сих пор в тряпочку наркоша:
— Попроси перевести себя в другую камеру, парень, а здесь тебе больше жизни не будет…
Смешать, но не взбалтывать (1984 года, Лас-Вегас)
— Ну тогда пусть идёт, конечно, — согласился сержант Рикс, — если дочка…
Но никуда уйти Инна не успела, потому что дверь резко распахнулась, и на пороге нарисовались два сумрачных субъекта средних лет, у которых у каждого на роже было написано слово «ФБР».
— Я агент Браун, а это агент Смит. Так, — сказал этот гражданин копам, — ваша работа на этом закончена, дело мы забираем под свою юрисдикцию.
Сержант попытался, естественно, возбухнуть, во всём же мире полиция не любит, когда ей на пятки госбезопасность наступает, но толку от этого было, как с козла молока. Даже меньше. Через пять минут полиция очистила помещение, и на место сержанта Рикса сел агент Браун.
— Рассказывай, — сказал он мне, — всё с самого начала.
— А можно сначала она всё расскажет и уйдёт, — повторил свою просьбу я, показав на супругу, — а то у нас дочь маленькая в игровой комнате сидит, надо бы её забрать.
Браун переглянулся со Смитом, а потом продолжил:
— Хорошо, давай ты рассказывай.
Инна вздохнула и вывалила всю историю за две минуты, благо тут и вываливать-то почти нечего было.
— Ладно, иди за своей дочкой, — милостиво разрешил Браун, — но чтоб из номера ни ногой, ты можешь ещё понадобиться.
Инна вышла из комнаты, и тогда Браун уже вплотную занялся мной.
— Значит, тебя зовут Сорокалет и ты из России…
— Из Советского Союза вообще-то, — поправил его я, — или, если вам нужна более подробная детализация, то из РСФСР, а понятие «Россия» у нас лет 70, как отменено.
— Умный, да? — неприязненно отозвался агент, роясь в своих бумажках. — Работаешь на киностудии «Уорнер Бразерз»… кстати, кем ты там числишься?
— Советником по развитию бизнеса, — назвал я свою должность.
— Воротилы кинобизнеса, звёзды Голливуда, денежные мешки и первые лица военно-промышленных корпораций — это сейчас твой круг общения.
