От сумасшедшего шарпеля и тюремщика (январь 1986 года, Сан-Квентин) — выходит некий Сергей Тамбовский. Но он не просто так перешел с острова каторвых в более ухоженный дом-интернат за преступления против государства: ему требуется больше места для творчества и дурачков, которые там ждут его. Так начинается новая жизнь в чужом мире — где залетные мысли возвращают к жизни забытые истории и где каждый шаг может стать страницей легенды....
— Значит так, Сорокалет, — наконец смог подытожить итоги этого бестолкового часа агент Браун, — мы тебя пока отпускаем. Утром можешь ехать на своё ранчо, мы выяснили, где это, если что — мы тебя там найдём и продолжим. Свободен, подпиши только это, — и он протянул мне лист с грифом FBI Las-Vegas в верхней части.
Это была подписка о неразглашении, в случае её нарушения меня могли поместить под стражу на срок до двух месяцев. Подмахнул, мне не жалко, и отдал Брауну, а затем покинул, наконец, помещение игрового зала на 18 этаже комплекса Луксор.
— Как Алла? — спросил я с порога.
— Всё в порядке, спит, — ответила она.
— А это что такое? — зацепился я взглядом за узел на столе, это была скатерть, завязанная четырьмя концами сверху, на вид очень увесистый свёрток получился.
— Это деньги, Серёжа, деньги, — успокоила меня Инна.
— И сколько тут денег? — почему-то задал я такой дурацкий вопрос вместо того, чтобы спросить, откуда они, чёрт их дери, тут образовались.
— Сто тысяч с копейками… если ты хочешь узнать, откуда они взялись, то слушай…
И она вывалила мне подробности — Алла почти сразу заснула, меня всё не было и не было, тогда Инна назло всем решила пойти и сыграть ещё на игровых автоматах, это единственная азартная игра, которую она здесь еще не испробовала. Это было ближе, чем игровой зал на 18 этаже, все нижние пять этажей были заточены под автоматы.
— И ты там сорвала джэк-пот, — логично предположил я.
— Точно, — подтвердила она, — на пятой или шестой попытке, а я меняла автоматы после первой же неудачи, и вот он, джэк-пот, получи и распишись.
— И что, вот эти вот деньги сразу и вывалились в лоток?
— Ну что ты, там же одни жетончики — зазвенел звонок, завыла сирена, меня завели в комнату начальника, поздравили и выдали вот это бабло в скатерти.
— Хотя бы в этом повезло, — вздохнул я.
— Да, а у тебя-то как прошло, расскажи? — спохватилась Инна.
— Отпустили на все четыре стороны, — ответил я, — у меня ни орудия преступления, ни мотива.
— И что там на камерах такого было?
— А никто не заходил и не выходил из того сортира, кроме меня с Ником, вот что…
— Убийство в запертой комнате, — сразу сообразила Инна, — и ещё мне не очень понятно, почему ФБР вмешалось? Может Ник таки их сотрудник, и мои подозрения с самого начала были верными?
— Да, это походу самая правдоподобная версия, — согласился я.
