Автор
Свет зеркалов и тьмы, где каждый шаг подстроен под масштабы империи. Желание — полыхающее пламя, которое можно обвести руками или погасить в мгновение ока. Главный герой Империя желания — человек, вдохновленный амбициями и познанный страхом выбора.
— Я не хочу замолчать. Я хочу поговорить, хорошо? — вероятно, это мимолетная храбрость, или глупость, или что-то еще, но она есть, и я беру быка за рога. — Если ты не заметил, ты испортил мне вечер.
— Что, черт возьми, ты только что сказала? — он бросает на меня косой взгляд, и это так сильно прижимает меня к сиденью, что я икаю. А может, это из-за алкоголя.
— Мой вечер, Нейт. Мне было весело, пока ты не появился, — я симулирую безразличие и лгу сквозь зубы.
Нет, мне было не весело. Я была несчастна и пустилась во все тяжкие, и мне не понравилось быть такой даже в моем отравленном мозгу.
— Тебе было весело тереться об этих детей, а я все испортил, ты об этом говоришь?
— Мы… танцевали.
— Я видел, как твоя задница и живот терлись об их гребаные члены, Гвинет. Это не было гребаным танцем.
— Пожалуй…
— Тебе понравилось это? — его голос спокойный, но все тело напряжено, особенно рука на руле. Та сильная, жилистая рука, о которой я мечтала, когда его не было.
— Что мне понравилось?"
"— Тереться о них, скользить своим телом по их членам и сводить их двоих с ума от похоти, что они затащили тебе на танцпол. Тебе понравилось это?
— Может и понравилось. Может, я обычная шлюха, — отбрасываю его куртку в сторону, все еще под действием алкогольного адреналина.
Я снимаю ремень безопасности и сокращаю расстояние, разделяющее нас, прижимаясь грудью к его закрытой рубашкой руке.
— Какого хрена ты делаешь, Гвинет?
— Я показываю тебе, какая я шлюха, — я прижимаюсь губами к его горячей шее и провожу рукой от его груди до эрекции.
— Вернись на свое место. Сейчас же, — он приказывает мне, но я зашла слишком далеко, чтобы слушать его. Его тело прижимается к моему, и я трусь грудью о его руку, пока соски не становятся чертовски набухшими и болезненными.
— Знаешь, мои соски раньше не были так сильно напряжены, — я беру его свободную руку и засовываю её под платье, пока он не дотрагивается пальцами до моих складок.
Он не смотрит на меня, все его внимание сосредоточено на дороге, но и не убирает руку с моей киски.
— Что?
Мои губы прижимаются к его уху, и я шепчу:
— Это означает, что я только твоя шлюха, Нейт.
Изменения в его лице едва заметны, но они заметны в его расширенных ноздрях и тиках в челюсти.
