А ещё эти его, жуткие даже на вид антикварные клинки, которые он в данный момент держал в руках. Хуууп, хуууп, хуууп-хуууп, доносилось от входа. Даже на расстоянии чувствовалась сила и уверенность, исходящая от увитого верёвками мускулов, пышущего молодостью и здоровьем тела.
Так бы и лежала, не шевелясь, наслаждаясь потрясающим зрелищем. Когда ещё вот так, безнаказанно и спокойно, доведётся понаблюдать за любимым человеком? Но физиология, бездна её побери, требует своё. Девушка пошевелилась, пытаясь встать. Слабость, вперемешку с тошнотой и головной болью, воспротивились этому. Она застонала от бессилия. И буквально через мгновение её накрыла тень.
– Что случилось, красавица? Где болит? – Рядом с ней на колени опустился Лео. На Ори смотрели два таких любимых серых глаза. Смотрели не с насмешкой или издевательством, как обычно, а с тревогой и участием.
– Голова. И еще тошнит. И пить хочется. И…
– Понятно. Старые проблемы. Часть из них мы сейчас решим. Выбирай, что сначала, пить или…
И тут вдруг Ори вспомнила ночные похождения, в полуобморочном состоянии. Стало жутко стыдно. Щёки залил румянец.
– Понял, значит или… – улыбнулся парень, заметив прилив крови на бледных щеках. – Давай выбираться из скафандра.
Ори от стыда готова была сквозь землю провалиться. Хороша горе-обольстительница, которую избранник носит не в постель на руках, а в туалет, да ещё присутствует при этом! Взгляд её заметался, она попыталась высвободиться из его сильных рук. Куда там. Ей и раньше, на пике формы, такого не удавалось, а сейчас и подавно.
– Ну чего ты опять начинаешь? – нахмурился Лео. – Мы же вчера это проходили. Как сможешь ходить сама, ходи. Обещаю, своё общество навязывать не буду.
Девушка хмыкнула.
– Аа-аа, да, точно. Ты же говорил, что любишь подглядывать за девушками, когда они это делают, – как могла язвительней выдала она.
– Что-то не припомню такого. – Глаза Лео стали круглыми от удивления. – Что видел, говорил, а что люблю подглядывать за этим, точно не было.
– А как же ты мог видеть, если не подглядывал?
– Аааммм, – не нашёлся с ответом парень, – да ну тебя. Я ей тут помогаю, понимаешь, как могу, а она шутки петросянит.
Ори, победно прыснула, улыбнувшись, но даже от такого маленького усилия в глазах снова потемнело, вернулась тошнота с головной болью. Ноги подогнулись, и она бы упала в обморок, если бы не землянин. Он бережно подхватил её на руки и понёс к выходу, бурча на ходу беззлобно:"
"– Нашла когда клоуна изображать. На ногах не стоит, а уже гордая. – Руки держали бережно и нежно. Её голова лежала у него на груди. Было отчётливо слышно, как в этой груди сильно, гулко и ровно бьётся сердце. И было что-то в этом успокаивающе-первобытное.