Второй том "Имперского Вора" Дмитрия Ра завораживает своим темным и загадочным миром, где тёмный эфир превращает обычных кошачьих в мистических существ. Главный герой сражается не только с драконами, но и с собственными страхами и желаниями, стремясь выжить даже при расчленении между двумя вселенами....
Но взгляд у него ни разу не гражданский: пристальный, цепкий, обегающий меня с ног до головы за пару секунд.
– Никита, рад тебя видеть! – отвечает Львов на моё приветствие. – Знакомься: статский советник Карамзин, Валерий Сергеевич. Следователь. Будь добр рассказать ему, что именно произошло в том бункере, где держали Соболева. И что с тобой произошло.
Надеюсь, Матвей изложил эту историю без… фантазии и умолчаний. Потому что мне скрывать нечего. Ну, почти.
– Для начала, Никита Станиславович, мне хотелось бы знать, как именно вы попали в бункер, – говорит Карамзин.
Интересно, что и князь, и этот следователь тоже называют то место бункером. С подачи Матвея? Или уже побывали там?
Честно сказать, другого слова лично я и подобрать не могу.
– У меня есть знакомая… – начинаю я. И соображаю, что о том, как я оказался в бункере, Матвей не знает. Не успели мы тогда поговорить. Зато он знает Милу, которую присылал ко мне в лагерь и которая потом довезла меня до бункера. Но стоит ли говорить об этом?
Пожалуй, не стоит.
– Точнее, с этой девушкой мы встретились на императорском балу в честь дня рождения великой княжны, – поправляюсь я, спокойно глядя в глаза следователя. – Но фамилия мне неизвестна. только имя – Мила. Она пригласила меня к себе домой, а там попыталась… оказать воздействие типа ментального. Какая-то родовая техника. Ей не удалось, но я притворился, что очарован и ничего не соображаю.
– С какой целью вы так поступили? – спрашивает Карамзин.
Пожимаю плечами.
– Мне было интересно выяснить, чего она от меня хочет.
– Техника «Суккуб», – кивает князь Львов. – Как вам удалось преодолеть воздействие, Никита? У девушки очень слабый дар?
Хорошая подсказка. Зная главу Тайной канцелярии, сказал он это не просто так. Действительно подсказал мне, как себя вести. Вон как Карамзин на него зыркнул. Но слово не воробей, вылетит – не пристрелишь.
Соглашаюсь:
– Видимо, да.
– Аристократка с аспектом ментализма… – тянет Львов.
– Мне показалось, – говорю я, – что эта девушка сама находилась под каким-то воздействием. Возможно – зелье…
Возможно, тот самый препарат, который вызывает мутации человеческого организма. Делает из одарённого раба, исполняющего приказы хозяина.
– Почему вы так решили? – немедленно спрашивает Карамзин.
– Она вела себя неадекватно.
– В чём это выражалось?
– Не задумывалась о последствиях. Не просчитывала варианты. И была излишне… самоуверенна.
