Морна выходит на поверхность после долгих тюремных лет под землей, и ее радостный вдохновленный взгляд пробуждает надежду у всех. Серг, обычно веселый, теперь скрыт в напряженной задумчивости, но Морна его успокаивает — всё в порядке, их корабль приведет их к желанным местам. Эорн будет виден, и он действительно красив, уверяет она Серга....
Работорговцы умели усмирять своих рабов, и уж чего-чего, а о цепях позаботились как следует. Снять цепи разомкнув замки она тоже не может — нет ни магических способностей, ни инструментов, чтобы распилить, либо вскрыть отмычкой.
Отмычкой Морна работать умела, но где бы ее взять в темнице Ямы? Оставалось только одно — пытаться вырваться в тот момент, когда цепи с нее снимут. То есть — во время боя, когда выведут на арену.
Не хотелось думать — как она это сделает. Не хотелось думать о том, что уж такой-то момент устроители зрелища точно предусмотрели — не дураки же они, в самом-то деле? Главное, должна быть уверенность в своих силах — я самая сильная, самая ловкая, я все равно одержу победу! Я все равно вырвусь, чего бы это мне не стоило! И тогда все будет в порядке.
Чего гадать — будет вечер, и будет дело. Выйдет на арену, увидит — как можно бежать. А до тех пор чего ломать голову?
Одна мысль беспокоила, одна страшная мысль — а что, если и правда ее выставят против Реса? Что тогда делать? Что она сделает в этом случае? И Морна не находила ответа.
Серг, Серг — где ты? Неужели бросила своих… Друзей? А разве она, Морна, может считаться ее другом? Морна, которая изначально работала только на Эорн, на его Главу, и которая обманывала всех — и Пиголя, и Серг, изображая, что трудится на благо Союза Кланов! Серг раскусила ее, и возможно — бросила. Как бросают предателей, не достойных помощи и сожаления.
