В глубине своего рабочего уютного кабинета, ты в сотый раз включаешь старую CRT-панель для просмотра любимой передачи. Часы медленно колотятся, и твой взгляд застревает на экране: женщина с причёской из русских волос пассивно сидит на пластиковом стуле, как будто ждёт волшебства. Атмосфера скучна и необычайно реалистична, словно ты сам мог бы оказаться зрителем этой дюжиной эпизодов....
Похоже, «Инь, янь и всякая дрянь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Пухлые детские щечки педагога-психолога слегка порозовели.
– Минуточку… – пробормотала она, открыла стоящий на журнальном столике ноутбук, побегала пальцами по клавишам, щелкнула мышкой и с облегчением сказала: – Нет, я ничего не перепутала. Рязанцева Татьяна Михайловна, дочь Светлана, направлена на реабилитацию. Так?
– Конечно, – быстро согласилась я, решив подружиться с Нелей, а потом попросить ее отыскать Федора.
– Вот и слава богу! – воскликнула Неля. – Ой, извините, ничего хорошего в случае «Альфа» нет. И мое восклицание относилось не к вам, не поймите меня превратно.
– Ага, – согласилась я.
– Замечательно, что приехали раньше! – не сдержала восторга Неля. – Сегодня пятница, я хочу уйти вовремя. Ну да ладно, когда придет Света?
– Ну… э… – заблеяла я.
– Она готова к новому курсу?
– Э… да.
– И как она себя чувствует?
– Э… великолепно.
– Отлично! Я вам непременно помогу. Наш коллектив…
– А много здесь людей служит? – Я решила поближе подобраться к интересующей меня теме.
Неля махнула рукой.
– Полно! Врачи, воспитатели, психологи… Мы гарантируем почти полную реабилитацию инвалидов.
– Я как раз о них спрашиваю, о людях с ограниченными возможностями. Их тут сколько?
– Точное число не назову, – округлила глаза Неля. – Понимаете, у каждого психолога своя группа.
– Хотелось бы побеседовать с кем-нибудь из тех, кто давно здесь работает.
– Зачем? – изумилась Неля.
– Чтобы узнать ситуацию изнутри, – объяснила я.
Блондинка заморгала, и тут зазвонил телефон.
– Секундочку… – девушка чуть покраснела, встала, подошла к допотопному аппарату, привинченному к стене. – Слушаю, Солнцева. Ой, здравствуйте, Олег Ефремович! Ага, ага, ага… да… Ой! Да! Ага! Поняла!
Она положила трубку на рычаг и вся пошла багровыми пятнами.
– Вы кто? – шепотом спросила Неля.
– Татьяна, – нежно улыбнулась я.
– Не Рязанцева? – с ужасом уточнила блондинка.
– Сергеева, – ответила я.
– Мама! – прошептала девушка, прижимая ладошки к пылающим щекам. – Уходите, пожалуйства, меня уволят!
– Неля, мне надо поговорить с Федором Бондаренко.
– Это кто?
– Уборщик, парень-инвалид, он у вас коридоры моет.
– Не знаю такого, – еле слышно ответила Неля. – Уходите!
– С места не сдвинусь, пока не увижу Бондаренко.
