Автор
Таня Сергеева мечтает похудеть, но стрессы заставляют её заедать проблемы. Когда ей поручают первое самостоятельное расследование, жизнь героини осложняется ещё больше. Ей предстоит найти баланс между личными желаниями и служебными обязанностями, разгадав загадочное преступление.
Раздел Chitat.online для книги «Инь, янь и всякая дрянь» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Таня Сергеева мечтает похудеть, но стрессы заставляют её заедать проблемы. Когда ей поручают первое самостоятельное расследование, жизнь героини осложняется ещё больше. Ей предстоит найти баланс между личными желаниями и служебными обязанностями, разгадав загадочное преступление.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Таня Сергеева мечтает похудеть, но стрессы заставляют её заедать проблемы. Когда ей поручают первое самостоятельное расследование, жизнь героини осложняется ещё больше. Ей предстоит найти баланс между личными желаниями и служебными обязанностями, разгадав загадочное преступление.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Инь, янь и всякая дрянь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Неужели ее доченька разовьется до нормального состояния, спокойно выйдет замуж, перестанет постоянно пить таблетки…
В субботу Светлана наорала на мать.
Татьяна привычно сказала дочери:
– Помой руки и садись ужинать.
Но Светлана покраснела и выдала:
– За идиотку меня считаешь?
– Нет, – испугалась мать.
– Чего тогда про руки говоришь?
– Просто так, – стала оправдываться Рязанцева.
– Нечего тут бормотать! – завизжала Света и… убежала из дома.
Вернулась она поздно. От нее пахло вином и сигаретами, а на вопрос матери, где она была и почему не отвечала на звонки, последовал грубый ответ:
– Я тебе не собака, чтобы команды слушать!
В понедельник Татьяна позвонила Олегу Ефремовичу.
– Вы молчали целую неделю! – закричал доктор. – Я же приказывал реагировать на малейшие ухудшения!
– Свете было лучше, – пролепетала мать, – она становилась прежней.
– Вот именно! – воскликнул врач. – Похоже, вы забыли, кем она являлась прежде! Убийцей, хулиганкой, асоциальной личностью. Почему не позвонили в субботу, когда дочь окончательно вышла из-под контроля?
– Так выходные же, – захныкала Рязанцева, – у вас, наверное, жена, дети…
– Черт бы вас побрал… – вскипел Олег Ефремович.
Но дослушать до конца его тираду Татьяне не удалось – Светлана, которая впервые решила не пойти на работу, стукнула мать по голове. Последнее, что помнила Татьяна, был вопль дочери в отнятую у нее трубку:
– Не стану больше вам игрушкой служить!
Очнулась Таня на диване, около нее сидела молодая женщина в белом халате.
– Что случилось? – прошептала Рязанцева.
– Все хорошо, – сказал неожиданно материализовавшийся в комнате Олег Ефремович, – у вас был гипертонический криз, попьете лекарство и поправитесь.
– Где Света? – испугалась Татьяна.
– Она у нас в клинике, под присмотром, – заверил врач.
– Ой, а кто здесь все вверх дном перевернул? – сжалась в комок хозяйка.
Олег Ефремович кашлянул.
– Ирина, не в службу, а в дружбу, поставьте чайник. Наверное, Татьяне надо горячего выпить.
Женщина в белом халате молча кивнула и ушла. Олег Ефремович сел на ее место, взял Татьяну за руку и сказал:
– Ваша дочь больна. В относительно стабильном состоянии ее держат таблетки. Но бывает, что организм приспосабливается к лекарствам, и их действие ослабевает. Вот почему я настойчиво велел вам отмечать любые нюансы поведения Светы. Узнай я о первых признаках, как вы выразились, «улучшения», мы бы не допустили того, что стряслось. Света впала в агрессию и, пока мы неслись к вам, крушила мебель. Хорошо еще, что она не убежала из квартиры.
– Боже мой… – простонала Татьяна. – Что о нас подумают соседи?
Олег Ефремович вскинул брови.
– Если вас так волнует мнение посторонних людей, то могу успокоить.
