В этих страницах вы найдете не просто историю, но и портрет целого народа — сикхи, которые обрели свою атмосферу в горячих ручьях Пенджаба. Они — противники двух великих религий, своих улиц и деревень, своей суровой дисциплины и веры в будущее справедливости. Внутренний мир этих бойцов-язычников раскрывается через их походы и внутрисектантные разногласия, создавая тонкий зеркальный отсвет на большие события Индии....
Главнокомандующему не оставалось ничего другого, как сбросить захваченные пушки в реку, максимально сплотить обоз, окружив его плотными шеренгами.
Мы приступили ко второй части нашего плана. Ее предложил я, вспомнив опыт Кавказской войны. Обстрел из засад большой колонны с обозом — такое часто практиковали чеченцы и добивались выдающихся успехов. Гуркхи для этой цели подходили великолепно, что они и продемонстрировали на третий день начала отступления англичан. Если их пытались контратаковать, «зеленых человечков» тут же прикрывала афганская конница или казацкая лава.
Очень быстро вражеский обоз заполнился ранеными. Но Лейк оказался на высоте. Как позже я узнал, он принимал участие в войне за Независимость и был хорошо знаком с тактикой огневых засад и рассыпного строя, применявшейся колонистами. Он тут же перестроил свои войска в подобие огромного ящика, выставив по периметру стрелковые цепи. Количество потерь у «вареных раков» тут же резко упало. Нам пришлось превратиться в слепней, жалящих больно, но точечно.
* * *Долина реки Карамнасы, 18 января 1802 года."
"Лейк чувствовал себя зверем, загнанным в капкан. Его ополовиненная армия еще сохраняла боеспособность благодаря вбитой в подкорку дисциплине, но уподобилась рассыпанным по деревенскому двору зернышкам, а казаки — курам, клюющим и клюющим, часа за часом, пока не закончатся англичане.
«Этак они сточат нас без остатка», — застонал генерал, чувствуя, как кишки стягиваются в ледяной узел.
В душе он клял на все лады и казаков, и своих бездарей-офицеров, позволивших вырезать столько отличных солдат и допустивших взрыв порохового склада. Эта диверсия поставила жирную точку не только на осаде — на всем походе. Восстановить лагерь, когда противник воспрял духом и беспрерывно атакует? Благодарю покорно, хорошо бы ноги унести! Снова все пошло наперекосяк, отступление превратилось в избиение. Нужно выбираться из задницы, в которой он оказался. Двух мнений быть не может.
Им придется преодолеть себя, наступить на горло собственной песни, бросив на время все награбленное в лагере.
