Весной 1801 года двадцать два тысячи казаков отправляются в дерзкий поход к Индии по велению императора. Когда приказ об отступлении уже близок, появляется загадочный человек, который меняет ход истории. Смогут ли донские казаки достичь Индийского океана и исполнить свою мечту?
Раздел Chitat.online для книги «Индийский поход. Хорунжий» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Весной 1801 года двадцать два тысячи казаков отправляются в дерзкий поход к Индии по велению императора. Когда приказ об отступлении уже близок, появляется загадочный человек, который меняет ход истории. Смогут ли донские казаки достичь Индийского океана и исполнить свою мечту?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Вязовский Альтернативная история подборки серии
Весной 1801 года двадцать два тысячи казаков отправляются в дерзкий поход к Индии по велению императора. Когда приказ об отступлении уже близок, появляется загадочный человек, который меняет ход истории. Смогут ли донские казаки достичь Индийского океана и исполнить свою мечту?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Ни чо себе! Глазам не верю! — стоящие вокруг казаки, непонятно когда здесь появившиеся, в том числе, из моего отряда, разразились удивленными и приветственными криками.
Кумир повержен. Да здравствует новый чемпион!"
"Я ослабил захват, но не полностью отпустил, держа его руку под контролем еще пару секунд. Потом освободил совсем и встал. Кузьма остался лежать на земле, тяжело дыша, потирая локоть и бедро. На его лице была смесь боли, шока и… уважения?
Муса, как и остальные случайные зрители, молчал, переваривая увиденное. Непобедимый амбал, казачий стенобоец из-под Черкасска, гроза Татарской станицы был повержен — его заставили сдаться какими-то странными, непонятными движениями, без единого прямого удара в лицо.
Я протянул ему руку.
— Вставай, брат.
Кузьма принял мою помощь, поднялся на ноги, все еще шатаясь. Посмотрел на меня, потом на свою руку, потом снова на меня.
— Лихо ты… Не видел такого отродясь. Что это за дьявольщина такая?
Я улыбнулся.
— Не дьявольщина. Это… особая борьба. Я ее сам придумал. Надоело огребать от таких, как ты.
— Сам, значит… — пробормотал он, словно пытаясь осознать. — Ну и дела… А я думал, все Череховы только шашкой махать умеют. Видать, ошибся. Крепко ошибся. Уважаю, Петро Василич. Серьезный ты боец. Не то что мы… Только и умеем, что стенкой друг на друга ходить да с коня рубить.
— И это тоже немало, Кузьма, — пожал я плечами. — Просто всякому делу свой подход нужен.
— Слушай, Петро Василич, — сказал Кузьма, все еще потирая ушибленную ногу. — А научишь? Не всему, конечно… Ну, хоть этому… — он показал на мое бедро. — Больно ты в ноги бьешь. И подсекаешь ловко.
— Почему бы и нет, — ответил я. В конце концов, мне предстоял долгий путь с этим войском. Свои люди, способные драться не только на шашках и пиках, но и в ближнем бою без оружия, лишними не будут. Да и учить кого-то — лучший способ самому закрепить материал. — Только потом не жалуйся, что ноги болят.
Кузьма широко улыбнулся.
— Ноги переживут! Главное — польза!
— Ты в каком полку служишь, детинушка?
Назаров помрачнел.
— Обозник я, фурлейт. Разве на такого дылду, как я, коня подберешь?
— А верблюд?
— Смеешься? Кто ж мне его даст…
— Вовсе нет. Мы идем туда, где без бактрианов никак. А пойдешь ко мне в отряд, пускай даже обозником? — неожиданно спросил я.
Назаров призадумался.
— Коли учить будешь своему ногодрыжеству, отчего ж не пойти?
— Тогда добро пожаловать в нашу кумпанию!
Кузьма вдруг покраснел, что выглядело пугающе.
— Слышь, Муса, земеля, ты только языком не трещи о том, что здесь случилось, хорошо? И вы тоже, — Назаров повернулся к казакам, грозно сдвинув брови. Те дружно кивнули.
