Воздух над станицей Михайловской был сладким от запахов степного разнотравья, смешанных с ароматами тутового самогона и дымок мангалов. Солнце клонилось к горизонту, заливая золотом папахи и бешметы собравшихся — веселых хмельных подающих признаки праздника Совместного круга Донского и Кубанского войска....
Защититься от его пудового кулака, огромного как молот? Он медленно двинулся на меня, раскачиваясь, явно намереваясь снести с пути одним ударом или захватить и смять. Я чувствовал резкий запах его пота, исходящую от него мощь, но она была… медленной. Предсказуемой.
Он сделал первый выпад — широкий, размашистый удар правой, направленный, судя по всему, в голову. Я легко ушел под него, сделав нырок и шаг в сторону. Удар прошел по воздуху.
— Эй, чего юлишь? Борец? — пробасил Кузьма, разворачиваясь.
Я не ответил, просто держал дистанцию, двигаясь по кругу. Он снова пошел вперед, на этот раз пытаясь сократить дистанцию, чтобы схватить. Я сделал несколько быстрых, легких ударов по его голеням. Несильно, просто чтобы почувствовать реакцию и показать, что могу достать. Удары были низкими, почти у земли, и это было то, чего он не ждал. Он привык защищать голову и корпус. Голени? Кто по ним бьет?
Кузьма остановился, недоуменно глядя на меня. Я воспользовался паузой и нанес еще пару ударов — один точно в низ живота, другой — по печени, когда он на секунду поднял руку.
Кузьма решил сменить тактику. Он бросился вперед, пытаясь смять меня своей массой и широко разведя руки. Я отступил, уводя его за собой. Когда он потерял равновесие на секунду, я сделал резкий боковой шаг и ударил.
Это было неожиданно и больно. И мне, словно долбанувшему по бетонной колонне, но и ему. Амбал вскрикнул, его нога подкосилась. Он попытался ответить широким боковым ударом, но я уже был за его спиной.
Теперь время борьбы. Он был огромным, но я знал, как использовать его вес против него самого. Провел быстрый захват за пояс, сближаясь вплотную. Кузьма попытался выпрямиться, сбросить меня, но я уже перешел на бросок через бедро.
Глухой удар. Амбал рухнул на землю, выбив из легких весь воздух. Муса ахнул. Кузьма пошевелился. Но я не отпустил. Сразу же перешел в положение доминирования, контролируя его руку. И применил болевой прием — захват на рычаг локтя.
