Сотник Петро Василич просыпается от зловещего призывного крика Мусы. Темное утро в Хиве несет с собой тревогу — пора дежурить в дворце, где ждет важная тайна. Духота и жара безжалостно окружают воинов, но сегодня они нужны стране как никогда ранее.
Но это мелочь, главное, чтобы отряд не объявили кафирами. Маскировка — наше все!
Идея была богатой, Платов это признал. Но с ходу внес коррективы, моментально найдя в моем предложении один недостаток.
— Нельзя с пустыми руками посольству ехать. С вами должны быть дары. Причем непростые. Кавказских лошадей мы здесь не найдем, как и подходящего оружия кубачинской работы. Золото, драгоценности? Что-нибудь подберем, но этого мало. Женщины — вот что вам нужно.
— Женщины?
— Да, именно подарок в виде наложниц не вызовет подозрений и объяснит, почему его сопровождает такой сильный отряд.
— Может, борец сойдет? Кузьму уже один раз с успехом выдали за пахлевана.
Атаман посмотрел на меня как на несмышленыша.
— Вооруженная до зубов сотня охраняет борца-великана?
Я почесал в затылке, не зная, что придумать. Платов смотрел на меня с легкой насмешкой: садитесь, ученик Черехов, двойка!
— Гарем свой возьми в поход.
— Зару с Марьяной⁈ — чуть на лавке не подпрыгнул от столь нелепого, как мне показалось, предложения.
— Ты чего перепугался, будто я тебе предлагаю девок шаху афганскому подарить? Ему, если он тебя примет, шкатулочки с рубинами хватит. Зато по дороге, в любом караван-сарае сможете толково объяснить, отчего вы в таком числе. За торговцев, уж прости, вы никак не сойдете, посольство — это ты верно придумал, так что остается только одно: везем ценный дар. Вопросы есть? Вопросов нет!
— А без Марьяны никак? — скривился я как от зубной боли, предчувствуя нешуточный геморрой.
— Одной персиянки мало, — с видом бывалого знатока Востока отрезал Платов.
Умом понимая справедливость его слов, я противился этой идее всеми фибрами души. Подвергать женщин риску сложнейшего похода? А еще Марьяна… Как гребенцам, ее защитникам, объяснить, что надо — значит, надо?
А оказалось, что и объяснять ничего не надо, сами просят. Правда, потом, когда мы будем уже в пути, придется карты приоткрыть. И если от казаков я не ждал особого возмущения, то от наших красавиц я точно огребу по полной.
* * *"
"Бухара провожала нас плохо. Буквально за ее воротами земля под ногами нам популярно объяснила: легкой прогулки не ждите. Первый перегон в двадцать верст шел по такому «автодрому», что на нем лишь танки испытывать. Зимой этот пригород эмиратской столицы утопал в жидкой грязи, а сейчас, под раскаленным летним солнцем он превратился в мучительную полосу препятствий с окаменевшими мелкими надолбами.
