Автор
В третий том "Индульгенции" — без права на смерть проникаешься жуткой неизвестностью: кто ты и где находишься. Воздух густ и тяжел, пахнет кровью, небо мертвенно-лиловое, словно рубец на лице города после битвы за мир. Живые всполохи молний рвут ночную тьму, как игольники пробиваются сквозь плотный снег....
К этому времени Дима уже пришел в себя и был отправлен в ванную смыть с себя кровь и переодеться.
— Ну, и на хрена вы их опять спровоцировали⁈ — внезапно завелась Снежана. — Они ведь будут мстить!
— Да и пускай, — плюхнулся я в кресло. Все же парень был не маленьким, а тащить пришлось далеко. — Мы на это, собственно, и рассчитывали. Хочешь громко заявить о себе — выбей опору из-под ног самого сильного. Тогда более слабые просто побоятся пасть на нас раскрывать. Отец, когда отправлял меня сюда, сказал, чтобы я тут всех отмудохал.
— И желание произвести впечатление на принцессу тут совсем не причем? –съязвила Настя.
— Ты о чем? — нахмурилась Снежана.
— Ах да, ты ж не знаешь. У нашего Видарчика большие амбиции не только в штанах. Он не разменивается на каких-то там графинь или баронесс — ему принцессу подавай. Мы для него дамы второго сорта.
— Все сказала? — холодно посмотрел я на нее. — Еще слово, и ты пойдешь в жопу из моей жизни.
— Вот видишь, — грустно усмехнулась она. — И слова ни скажи.
— Потому что ты не говоришь, а упрекаешь, — вмешалась Танька. — Он тебе ничего не должен — заруби себе на носу. Это академия, и тут другие правила. Мы никого к себе не зовем и насильно не тащим. Мы никогда ни в чем друг друга не упрекаем. И уж тем более, мы не смешиваем личное и общее. Я спокойно могу трахаться с нашим врагом, потому что он мне понравился.
— Это потому, что ты никого не любишь, — Настя не собиралась сдаваться.
— Не люблю, — согласилась та. — И может быть, если придется выбирать между дружбой и сердцем, я выберу сердце. Но тогда я уйду из этой компании, чтобы никому не создавать проблем. Личное — наедине. Общее — решаем вместе. Прими это или, как сказал Видар, вали.
— Ты как-то слишком рьяно его защищаешь, — подозрительно сощурилась Снежана.
Рука-лицо от Тани было ответом.
— В общем, самки озабоченные, вы либо ничего не услышали, либо не поняли. Второй раз мне объяснять лень. Меня больше волнует другой вопрос — где Труп шляется? Его браслет молчит — как бы чего не вышло.
— Не думаю, что есть такие идиоты, что нападут на Трупкипанидзе. Их глава рода абсолютно не имеет тормозов и плевал на здешние порядки. Узнает, что с Гиви что-то произошло, объявит войну.
