Автор
В третий том "Индульгенции" — без права на смерть проникаешься жуткой неизвестностью: кто ты и где находишься. Воздух густ и тяжел, пахнет кровью, небо мертвенно-лиловое, словно рубец на лице города после битвы за мир. Живые всполохи молний рвут ночную тьму, как игольники пробиваются сквозь плотный снег....
Долг Олега перед нами сильно вырос. Кажется, его сын сильно зажился на свете. Пора немного проредить их семейку.
— Убьем? — кровожадно потер я руки.
— Посмотрим, — чуть скосил он взгляд на Снежану, что старательно грела уши.
— Чего? — вдруг замерла она. — Если что, я могила. После того, что вы для меня сделали, я буду последней тварью, если вас предам. И вообще, я готова войти в ваш род, на правах жены Видара.
— Чо бля⁈ — аж поперхнулся я. — Какой еще, на хрен, жены⁈
— Обычной, — пожала она плечами.
— Отец? — посмотрел я на него.
— Разбирайтесь сами, — шутливо поднял он руки. — Но предложение останется в силе, независимо от твоего решения.
— Снежана, поправь меня, если я что-то не так скажу — ты меня ненавидела, презирала и даже рядом со мной тебе мерзко было находиться. Что изменилось?
— От любви до ненависти… Ну, сам знаешь, — пожала она плечами.
— А вы чего молчите? — обратился я к духам.
Мавка сидела с каменным лицом, а вот Навка нагло хихикала, прикрывая рот рукой.
— Совет да любовь! — выдала она глупость и громко заржала. Ну да, этикет и она — вещи несовместимые.
— Ладно, позже поговорим. Но говорю сразу — жениться я пока не собираюсь.
— Время есть, — беспечно отмахнулась Снежана. — Поживем, притремся…
— Пошло как-то прозвучало.
— Пошло было, когда ты меня за грудь лапал, причем без прояснения намерений. А это нормально.
— Блин, — взлохматил я волосы. — А я-то думал, что хотя бы день отдохну от всего этого.
— Крепись, сын, — усмехнулся отец.
После этого мы ели в тишине, и я смог хоть ненадолго выключить начавшую болеть голову.
А ведь день так хорошо начинался! Нет, я бы затащил Снежану в постель — дама она выдающихся форм и на мордашку весьма симпатична. Но жениться… Меня, вон, Кристина ждет — небось, все глаза выплакала, обо мне переживая. И Света — эту я буду утешать, когда ее братца грохну. Подобное спускать я не был намерен. А способы грохнуть принца найдутся.
