Автор
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
Раздел Chitat.online для книги «Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Низ — три тонкие полосочки из той же ткани, высоко на бедрах, безупречно подчеркивающие линию бедер, ягодиц, длинных, сильных ног. Это не было бельем. Это было оружием. Смертоносным, элегантным, созданным для того, чтобы сводить с ума.
Она не крутилась. Она медленно прошла пару шагов, ее движения были плавными, как у большой кошки. Взгляд, тяжелый и неумолимый, был прикован ко мне. В ее глазах не было издевки Изабеллы. Там была… проверка. Вызов. И холодное любопытство — до чего я могу тебя довести, Видар Раздоров?
А я мог бы ответить — до дикого разврата. Но терпел и превозмогал.
— Ну? — одно слово, произнесенное ее низким, как бархат, голосом, прозвучало как удар хлыста. — Чей день или ночь… жарче?
Воздух пересох в горле. Сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди. Я видел их обеих — ослепительную, дерзкую юность Изабеллы в ее розовом кружеве и сокрушительную, зрелую мощь Вивиан в ее черном доспехе соблазна. Кровь прилила не только к лицу. Я чувствовал жгучую слабость в коленях, туман перед глазами. Скромность? Хитрость? Нет. Это была чистая, беспощадная провокация. Они играли со мной, как кошки с мышью, наслаждаясь каждой секундой моего немого, пылающего стыда и неконтролируемого возбуждения.
— Вы… — я сглотнул, пытаясь найти хоть каплю достоинства, голос сорвался на шепот. — Вы обе… вне всяких сравнений… Смертельная красота и удар по мужским головам.
Изабелла рассмеялась — звонко, беззаботно. Вивиан лишь слегка скривила губы в подобие улыбки, но в ее глазах не было веселья. Было удовлетворение хищницы, увидевшей дрожь жертвы.
— Хороший ответ, Видар, — сказала Вивиан, поворачиваясь к кабинке. — Теперь можешь выйти. Мы выберем… все. И розовое, и черное. И еще кое-что. Вечер только начинается.
Я почти выбежал из примерочной зоны, спотыкаясь о собственные ноги, чувствуя на спине их смеющиеся (Изабелла) и оценивающие (Вивиан) взгляды.
Гвардейцы у портьеры не шелохнулись, но я поклялся, что видел едва уловимую дрожь плеча у одного из них. Стыд пылал на моих щеках, смешиваясь с яростью и… чем-то еще, темным и запретным, что разожгли в меня эти две ослепительные, беспощадные фурии. Дворец Годунова с его угрозами показался теперь почти безопасным убежищем по сравнению с этим позолоченным адом соблазна и унижения. И я понял, что моя личная похоть только что обрела новые, куда более опасные очертания.
Гора коробок и пакетов в багажнике черного «Волхва» казалась насмешкой над понятием «несколько необходимых вещей». Я втиснулся на заднее сиденье, чувствуя себя разбитым, как после трехдневного рейда по Пустоши. Мускулы ныли от бесконечного стояния и ношения, а щеки все еще пылали от воспоминаний и… чего-то еще, что упорно отказывалось утихнуть после того кошмара в отделе белья.
