Автор
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
Раздел Chitat.online для книги «Индульгенция. Без права на ненависть. Часть 5» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Приключения Видара Раздорова продолжаются в мире, где сталкиваются выживание и темные силы. Герой отправляется в Пустошь, чтобы разобраться в происходящем, но сталкивается с новыми угрозами и интригами. Начинается напряженная игра между персонажами и могущественными родами.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Гвардейцы заняли свои места в машине сопровождения — наши вечные безмолвные тени.
Машина тронулась, погружая нас в капсулу тишины и мягкого света салона. За окном проплывала ночная Москва, но не та, что знал я — мрачная, готическая столица Темной Империи. Нет. Это был фантасмагорический поток неоновых рек, сияющих башен-исполинов, устремленных в задымленное небо, гигантских голограмм, рекламирующих магические артефакты и роскошь. Свет отражался в лужах на мокром асфальте, создавая иллюзию движения по звездной реке.
— Боги… Это как сон, — прошептала Изабелла, прижавшись лбом к холодному стеклу. Ее усталость, казалось, растворилась в детском восторге.- Такие огни… Такая высота! У нас в Руане ничего подобного нет!
Вивиан сидела напротив меня, откинувшись на спинку сиденья. Ее профиль, освещенный мелькающими огнями, был задумчив и чуть отстранен.
— Мощь, — сказала она тихо, больше для себя. — Осязаемая, почти агрессивная мощь. Они не прячут ее. Они выставляют напоказ. Как и их императоры.
Ее взгляд скользнул ко мне, быстрый, оценивающий.
— Ты привык к этому, Видар? К этому… напору прогресса?
Я пожал плечами, глядя на промелькнувшую гигантскую голограмму дракона, обвивающего небоскреб.- Это просто фон, герцогиня. Как для вас — море. Мы живем в этом. Иногда даже не замечаем.
— Море не пытается тебя ослепить или подавить каждую ночь, — парировала она, но в голосе не было упрека, лишь наблюдение. Она закрыла глаза, давая волю усталости, но я знал — ее ум работает, анализирует, сравнивает. Как шпионка? Или просто как чужестранка?
Наше поместье встретило нас тишиной и прохладой старинного камня, контрастирующего с неоновым буйством города. Слуги, предупрежденные отцом, безмолвно и эффективно разобрали гору покупок, унося их в отведенные герцогиням апартаменты в восточном крыле. В кольцо я все это добро не убирал из принципа — надеялся, что дамы проникнутся и вовремя остановятся. Но увы… Если бы не поджимающее время, они бы еще там зависли как минимум на пару часов.
В малой столовой, под сводами, расписанными сценами древних сражений, нас ждал легкий ужин: холодная дичь, салаты, фрукты, вино. Огни канделябров мягко освещали стол, отбрасывая танцующие тени.
Первое время за столом царила усталая тишина, прерываемая лишь звоном приборов. Изабелла зевала, потирая глаза, но упорно доедала виноград. Вивиан ела мало, пила воду, ее взгляд блуждал по портретам предков на стенах.
— Какая странная смесь, — произнесла она вдруг, отставляя бокал. — Эта древняя каменная твердыня… и тот безумный город за ее стенами. Как будто два мира столкнулись и застыли в хрупком равновесии.
— Российская Империя всегда славилась контрастами, — подтвердил я, наливая себе вина. Его терпкая прохлада была бальзамом.
