Габриель повернулся к ней боком и стал целовать ее пальцы.
— Ты моя маленькая воительница. — Он гладил ей волосы, пропуская пряди между своих пальцев. — Это боль в лодыжке тебя разбудила?
— Нет. Мне приснился кошмар.
— Хочешь об этом поговорить? — спросил Габриель.
Габриель крепче обнял ее, показывая: если она передумает, он готов выслушать ее самым внимательным образом.
— А ты хочешь меня поцеловать? — спросила она.
— Я думал, после случившегося ты вообще не захочешь, чтобы я к тебе прикасался.
Джулия потянулась к нему губами. Сама.
Они словно поменялись ролями. Теперь Габриель осторожничал, боясь малейшим движением причинить ей душевную боль. Но он ошибался. Джулия нуждалась в его поцелуях. Ей хотелось пить его тепло, греться в его огне, поскольку Габриель сейчас занимал все ее мысли.
Джулия провела языком по его нижней губе, потом ее язык проник глубже, и началось их неистовое «танго языков».
Ее окутала знакомая, приятная волна наслаждения. Джулия самозабвенно целовалась с Габриелем, и ей ни о чем не хотелось думать. Даже о своей покалеченной лодыжке. Вскоре к их поцелуям добавились знакомые ласки. Они оба стонали от наслаждения. Потом Габриель изменил позу и навис над нею. Его правая рука скользнула по ее шее, коснулась плеча, замерла над холмиком ее груди, миновала ребра и застыла на бедре. Одежда, которая сейчас была на Джулии, состояла из спортивного топика Рейчел и ее же облегающих спортивных трусов. Поскольку хозяйка одежды была худощавее своей подруги, наряд очень соблазнительно подчеркивал все выпуклости и округлости тела Джулии.
Даже в полумраке Джулия была прекрасна. Габриель любовался ею, пока вдруг не почувствовал, что его колено протиснулось ей между ног. До сих пор это был запретный прием, но сегодня Джулия сама с готовностью развела ноги.
Она хотела большего. Она требовала большего. Ее дыхание стало судорожным, прерывистым, а ее руки буквально вцепились Габриелю в волосы, не отпуская его голову и не давая оторвать губы от ее губ.
Габриель ласкал ей груди через ткань топика. Это было приятно, но сегодня Джулии хотелось переступить черту. Зачем одежда? К чему условности? Она хочет его. Не надо ждать никакой Флоренции. Пусть это случится сегодня. Сейчас.
Джулия взялась за низ топика, намереваясь снять. Габриель помешал ей, погрузив в новую волну ласк и заставив на время забыть о мокрой от пота одежде. Их поцелуи стали еще жарче и неистовее.
— Я сейчас… сниму все, — прошептала она. — Ты мне помоги… только ногу не задень.
