Затем, когда оба готовы были броситься друг на друга, вскинул длань. Голос стал властным:
– Я зашел попрощаться. Некогда местные волхвы предсказали, что приму смерть от коня своего. По настоянию своих воевод… что за глупый народ… я оставил боевого друга, велел кормить отборным овсом и пшеницей, поить ключевой водой. Но сегодня лишь узнал, что конь мой давно пал!
Ингвар судорожно вздохнул. Он ощутил облегчение, что предсказание волхвов оказалось лживым.
– Я все-таки поеду повидать своего коня, – сказал Олег непреклонно, – хотя бы кости… велю захоронить! Он не раз спасал меня, выносил из жарких схваток. Этот конь сам дрался зубами и копытами, как целая дружина, а в скачке ему не было равных… Эх!
Он сгорбился, повернулся и пошел к двери. Ингвар воскликнул:
– Твой конь в трех днях отсель!
– Ну и что? – спросил Олег, обернувшись.
– Да… ничего, – пробормотал Ингвар. – Я бы не оставил Киев, только и всего.
Ольха сказала резко:
– Потому что ты – бесчувственный. А великий князь… может быть, впервые показал себя человеком!
Олег некоторое время снова переводил взор с одного на другого, потом хлопнул себя ладонью по лбу:
– В самом деле, старею, Ингвар прав. Ольха, я думаю, не стоит тебя держать ни пленницей, ни заложницей. Тебе дадут коня, сама выберешь. Верхом умеешь? Еще одного возьмешь в заводные. Не серчай за пленение. Это жизнь нас делает жестокими.
Он коснулся ее щеки ладонью. Она ощутила жар, будто рука великого князя была наполнена солнцем. Или это от его слов кровь прилила к щекам?
Их глаза встретились, и она увидела в них так много, что дыхание остановилось в груди. Он усмехнулся, пошел к выходу. Ингвар смотрел вслед круглыми глазами. Ольха слышала, как он ахнул, кинулся вдогонку.
Свобода, подумала она с замеревшим сердцем. Слово князя твердое, она вольна выбрать коня и уехать прямо сейчас. Надо так и сделать, пока Олег еще здесь, а то начнутся всякие задержки… Прямо сейчас, даже не дожидаться возвращения Ингвара!
Ингвар догнал Олега уже на лестнице:
– Великий князь! Ты ее отпускаешь?
В голосе воеводы был неподдельный ужас, словно померк свет, падало небо, а земля проваливалась под ногами. Глаза стали дикими. Даже губы посинели.
В зеленых глазах великого князя таились насмешка и понимание, но голос был ровным и деловым:
– Надобность миновала.
– Разве древляне стали друзьями?
Олег покачал головой:
– Нет. Ну и что? Нам покорились земли рашкинцев, тюринцев, киричей… хотя какие у киричей земли, племя их признало мою власть и обязалось платить дань, поставлять молодых парней в дружину и войско. Так что земли древлян окружены. Раньше у них был выход через узкий коридор к дубичам, их союзникам, но ты же слышал радостные вопли?
– Да, вернулся Черномырд, – ответил Ингвар, холодея.