Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Я выпила теплого молока с мёдом, попыталась настроиться на позитивный лад… Даже моя волчица уже во весь голос пела мне что-то типа « пока мы едины, мы непобедимы», но я всё равно боялась.
Страшилась завтрашнего дня.
Не бытовых мелочей (достаточно ли мы подготовили комнат для гостей; не подведут ли в последний момент поставщики провизии); не специально допущенных слугами ошибок — для того, чтобы выставить меня в неприглядном свете — нет, вовсе не этого ….
… иррационально, я боялась самого Полнолуния.
Так совпало, что именно во время полнолуний Этьен причинял мне боль.
Я сглотнула, вспомнив своё прошлое пребывание в Ангулемском замке. Этьен тогда часто бывал безжалостным по отношению ко мне… но то, что он заставил меня делать на их полнолуние, было за гранью… меня до сих пор трясло от одного только воспоминания об этом.
И пусть теперь я знала, почему он так жестко относится к предательству — даже намеку на то, что могло посчитаться за предательство, но…
… ни одна женщина в мире не должна иметь подобный опыт.
Это было самым настоящим насилием, которое растерзало мою душу.
Присев на краешек кровати, я заставила себя перестать вспоминать тот день, радуясь, что одна серебровласка сумела вовремя отыскать меня в замке.
А что до Этьена…
Вот ведь как странно устроена человеческая память: это почему-то только детский страх запоминается на всю жизнь, а вот самые страшные моменты взрослой жизни начинают понемногу выцветать с течением времени…
Нет, я не забыла того полнолуния – я просто старалась его не вспоминать… как и ещё одно – которое мы праздновали вместе с Этьеном на землях Альфы Баева.
Я ведь тогда только почувствовала свою волчицу…. Мало того, именно тогда появилась моя непреодолимая тяга к Этьену. Чего уж лгать самой себе – я пыталась это скрывать изо всех сил, но я хотела его… как мужа (который заботился обо мне много месяцев) и как мужчину.
А потом, благодаря вмешательству Гильермо я узнала, что муж заботился не только обо мне одной…
Я ведь тогда уже простила Этьена за его грубость и насилие, я поверила в то, что он изменился – а он…
… После проигранного Совета у меня не осталось выбора.
Я могла принять то, что предложил мне Валуа – или и дальше пытаться бороться с ветряными мельницами.
И пока всё шло просто прекрасно. Прошлое полнолуние – сразу после моего возвращения, тоже прошло спокойно, но память… память особенно в дни приближающегося Полнолуния напоминала о том, что так было не всегда.
