Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
Моя девочка была беззащитна как новорожденный щенок, и ей требовалось столько же нежности.
Я поклялся, что отныне только так и будет.
Впрочем, Таис снова меня удивила: при моей поддержке, она очень скоро стала восхитительной герцогиней и замечательной Луной стаи.
Мы решили навсегда обосноваться в Пиренеях, переделав Ангулемский замок в частично музей, частично – в школу – пансионат для оборотней – подростков, оставшихся без попечения родителей.
Щенки всегда были благословением стаи и быстро разбирались родственниками, но теперь дети сами решали, где им жить и учиться.
—Когда ты совсем один в мире, тебе хочется чему-то принадлежать, — пояснила своё предложение Тая. – Пусть все эти века истории наполнят детские сердечки если не любовью, то хотя бы целью для существования.
Моя жена оказалась права: спустя несколько месяцев, педагоги всех отделений заметили, что подростки стали лучше учиться, сильнее погружаясь в учебный процесс.
— Как ты догадалась? – спросил я тогда Таю.
— В замке они чувствуют себя частью клана, — пояснила моя мудрая Таис.
Сама она мой замок так и не полюбила. Мы периодически бывали там, когда в замке устраивались приемы или встречи с Альфами других стай (ни я, ни Тая не желали пускать чужаков в наши горные владения), но уже больше никогда подолгу там не жили.
Я был не против.
Мы на самом деле хорошо обосновались в Пиренеях: с дочерью, обладающей редким даром, горы становились грозной защитой, которую не мог обеспечить родовой замок.
Да и вообще, мы просто полюбили эти места.
Так, что к Таис даже согласилась «ещё раз» выйти за меня замуж.
Мне хотелось устроить величественную церемонию – такую, которой была достойна моя пара, но Тая решила по-своему.
Принимая её выбор, я согласился на скромную церемонию в местной церквушке, где впервые для самих себя и заново для всех остальных мы подтвердили свой выбор.
Вслед за церемонией был вполне скромный ужин человек на пятьдесят – семьдесят… Мы пригласили только самых близких, в том числе и Баевых.
Вечером, когда часть гостей уже успела разъехаться по домам, мы вышли с Кириллом на террасу пропустить по стаканчику коньяка.
