Тая смотрела на закат за окном иллюминатора, пытаясь приладиться к мысли о том, что теперь ее больше нет. Таисии Анатольевны Кузнецовой уже не существовало, а Этьен постарался на славу: она стала полноправной гражданином Франции — Таис Валуа. Интересно, будет ли она лишена родного гражданства или все же останется в базах данных под своим настоящим именем?...
—Луна Оборотней обычно появляется только Альфа-самкам, не самцам…
Тонкая сереброволосая девушка тотчас превратилась в смуглого старика.
И отворив дверь, его посетитель покинул комнату.
Глава 35
Таис де Валуа, герцогиня Ангулемская
Однажды на меня напало чудовище.
Холодной февральской ночью я стала жертвой монстра, который иногда оборачивался в человека… а спустя пять лет этот монстр оказался самым близким и самым нужным мне человеком… впрочем, не совсем человеком – оборотнем. Моим любимым высокомерным чудовищем.
Чего мы только не пережили в первый год нашей совместной жизни. Теперь всё это вспоминается чуть иначе, чем раньше… Каждый из нас сделал свои выводы из своих же ошибок.
Каждый – я имею в виду не только себя и Этьена, но и Кирилла, Настю, Алю… С которой мы, кстати, все же подружились — никогда бы не подумала, что это может случиться.
Этьен за прошедшие годы опять сблизился с Кириллом, я же, после некоторого затишья, также с радостью продолжила нашу дружбу — уже не как подданная Альфы Баева, а на равных.
Да! Мы же когда-нибудь должны будем стать родственниками … ну, правда, это только в том случае, если Жанна и Володя вместе этого захотят.
Мы договорились не рассказывать об этом нашим детям – пусть сами почувствуют притяжение своей половины.
Аля, правда, как всегда недовольно пыхтела, считая, что ничего плохого не случится, если начать приучать детей друг к другу с раннего возраста.
— Э, нет, Алька, — фыркнула Настя. – Как мать мальчика и будущего Альфы я, может с тобой и соглашусь: если ребенок будет с детства знать, что над ним не висит дамоклов меч одичания – это, может, и неплохо… Но как мама девочки я совершенно с тобой не согласна.
Настя совсем недавно родила двойню: младшего сына Александра и дочку Валечку.
—Девочкам нужно пережить романтические грёзы, первую несчастную любовь, и только потом, набив шишки, можно думать об истинных парах оборотней.
Аля фыркнула и хотела что-то съязвить, но мы уже пришли.
—Вот этот, — кивнула на портрет моя предполагаемая будущая родственница. Или уже родственница? Если наши мужья какие-то дальние кузены, то и мы между собой родственники… вроде как.
Я взглянула на темный портрет, который она показывала.
— Ты уверена? – скривилась я.
Настя на всякий случай полезла в телефон, чтобы проверить.
— Да он, я тебе говорю. Филипп Добрый. Добряк, как называют его наши мужья.
Я с сомнением посмотрела на картину.
