В темноте трактирского подвала, где воздух застывал и время замедляло ход, я с трудом пришел в себя. В голове клубился дурманящий мрак, а вокруг лихорадочно кружились воспоминания из недрах забытого прошлого. Этот тёмный уголок Каменного века окутывал меня своей необозримой атмосферой опасности и загадочности, где каждый шаг мог быть последним в моей бессмертной жизни....
Данна, как и полагает женщине, уже себе целый гардероб закупила. Даже спрашивать не хочу, сколько она спустила на тряпки. Ладно, дело наживное.
– Заедем за какой-нибудь парадной мантией. Этого хватит, – пожал я плечами.
– Ну тогда скоро собираемся, – улыбнулась она.
Помимо основных сборов Данна в придачу собрала утренний алхимический урожай с клумб, поэтому выдвинулись мы только ближе к обеду.
– Ну как я выгляжу? – с улыбкой спросила девушка.
– Сногсшибательно, – восхитился я.
Данна была одета в пышное красное платье с черным кожаным корсетом, длинными черными сапожками и красной узорчатой мантией.
Так как сегодня настала очередная «восьмирица», найти самоходку оказалось проблемой, но мы её нашли и двинулись в торговый квартал, чтобы подобрать какую-нибудь одежду.
Оставив телегу у очередной лавки, предварительно заплатив за дополнительное ожидание вознице, мы приступили за подбор одежды.
– Вас что-то конкретное интересует? – спросила немолодая женщина в строгом сером платье с очками на лице.
– Что-нибудь солидное, желательно в темных тонах, – попросил я, рассматривая вешалки с одеждой.
– Я думаю, у меня есть подходящий вариант, – улыбнулась женщина и нагнулась под столешницу с полками. – Примерьте. Что-то конкретнее вам надо шить на заказ. Темные тона нынче не в моде, ‒ протянула мне сверток одежды.
Зайдя в примерочную, развернул сверток.
– Молодой уважаемый человек, вам очень идёт, – с улыбкой заверила меня дама.
– Рок, отличная одежда! – подтвердила Данна.
Расплатившись за недешёвые вещи, мы помчались в центр города, квартал знати, где, собственно, и жили дворяне, вблизи императорской цитадели.
– Вам чего тут надо? А ну пошли отсюда!
Я опешил от такой наглости стражника, когда подошел к красивым кованным воротам трехэтажного поместья.
