Нечто направилось в мою сторону, но субстанция размылась, и вокруг меня скользнул призрачный чёрный дракон.
— Исполни предназначение... Конец близок!
А потом всё растаяло, — и тьма, и шёпот, — а рядом появились те, кто пришёл со мной.
— Чего застыла? - нервно спросила Фэнрис. - Разве ты не собиралась воззвать к солнечному божеству?
— И сделала это, — пролепетала я, размышляя, говорить ли другим о встрече с Драргуром.
С одной стороны, я не могла доверять закоренелой предательнице и вождю продажных драконов. Но с другой, это касалось всех. Людей, драконов. Всего мира! То, что я услышала, накрыло болезненным озарением.
Предсказание ещё не сбылось! Небесный и подземный драконы не сошлись в битве, потому что время не пришло. Я не спасала этот мир по той же причине.
— Не вышло? — отрывисто уточнил Эгджерт и дёрнул уголком рта. — Не удивлён. Если Фэнрис права, то боги оставили этот мир. Потому Метэстель не отвечает на мольбы шиерцев, а Драргур не принимает дары харгов. Солнечного божества тоже нет!
— Так это же хорошо! — заулыбалась отступница. — Дана выяснила, что та женщина лжёт! Надо лишь придумать, каким образом вывести её на чистую воду. Может, потребовать общую молитву? Тогда Валинре ничего не останется, как подчиниться воле шиерцев!
— Она утверждает, что слышит волю небесного дракона, — возразил Эгджерт. — И может сказать, что угодно.
— Значит, надо найти что-то, чего она не знает, и представить драконам, как свидетельство её лжи. - Фэнрис щёлкнула пальцами и указала на меня: — Тебя и твоего сына!
— Это опасно, - мрачно буркнул Эгджерт. — Вокруг наёмники, подчиняющиеся Наэлю. По его сигналу они убьют даже младенца. И я потеряю последнюю надежду вернуть свои земли.
— Кагхан защитит жену и ребёнка, — начинала злиться отступница. — Валинру нужно немедленно разоблачить. Эта девка достойна самой позорной казни!
Она перешла на визг, дракон тоже повысил голос, и спор затягивался, а паучок заскрёбся, будто предупреждая о чём-то. Мне и самой показалось, что атмосфера здесь изменилась. Будто стало холоднее, а дышать труднее.
— Тише, — попросила спорщиков.
Но они лишь засыпали друг друга новыми обвинениями и оскорблениями. Вспомнили о потерянных деньгах Фэнрис и утраченном статусе Эгджерта. Казалось, дракон вот-вот потеряет терпение и набросится на женщину, но это было бесполезно, ведь отступница бессмертна.
Воздух наполнялся сияющими свежинками, в свете которых я поняла, что вход исчез за толщей льда.
