— Остановить карету, — повелел Гордэр и повернулся к брату. — Дэдж..
— Всё сделаю, — не дожидаясь приказа, понимающе кивнул тот и исчез в толпе.
Мы провели несколько десятков томительных минут в ожидании, прежде чем он вернулся. Мне не понравилось выражение лица Дэджа, он будто был чем-то обескуражен, но брат моего кагхана вытянул руку, указывая, что путь свободен.
Гордэр повернулся ко мне и мягко пожал руку, сообщив:
— Эшафот уже убрали. Не волнуйся.
И снова неприятное чувство сжало грудь. Может, мне просто очень жаль Валинру? Безответная любовь сделала её подверженной чужому влиянию и довела до страшного финала. Я вспомнила скромную тихую девушку, какой впервые предстала передо мной помощница Фэнрис. Кто мог подумать, что всё так обернётся?
«Она сама избрала этот путь, — вздохнула и посмотрела на счастливого кагхана. — От безысходности... На что я готова ради своей любви?»
Карета вкатилась во двор, закрылись ворота, отсекая шум толпы. Нас неторопливо повезли по широкому коридору с очень высоким потолком в такой тишине, что я расслышала разговоры детей.
— Фелосиаль, мне щекотно! — заливисто рссмеялась Полина. — Прекрати!
Но непослушная феечка с удлинёнными крылышками осыпала её пыльцой так, что у малышки уже щёки переливались перламутром.
— Апчхи! — Амалия вытерла нос и огляделась. — Здесь странно пахнет. Вам не кажется?
— Мне не нравится, что все видят фей, — тихо проговорила Эля и ладошкой спрятала Обирэль от взглядов слуг. — Жаль, что у нас нет беретов, как раньше.
— Смотрите! - Рустам поднял руку и указал на карету, к которой мы приближались. — Знакомый герб.
На дверце кареты была изображена хищная белка с тремя хвостами. В лапках она держала нечто похожее шишку, у которой срезана верхушка.
— Экипаж короля Лана, — помрачнел Гордэр.
Каждый раз, как я видел этот герб, внутри поднималась буря, с которой было непросто совладать. С момента, когда увидел этот рисунок в учебнике, поклялся, что когда стану владыкой, заставлю людишек уничтожить его.
Тем сложнее было сдерживаться во время помолвки с человеческой девушкой, ведь я видел трёххвостую белку по сотне раз в день. Король Эбрнест Лан, явно желая вывести из себя князя драконьей крови, постарался, чтобы я видел это, куда бы ни бросил взгляд.
В то время я терпел, поскольку обязался исполнить приказ владыки. Теперь же не был намерен сносить ничего подобного. И, когда слуга открыл ажурную дверцу, вытянул руку.
