– Я ж это… Медведю моему арохайна ана теперь. Стало быть, целого ринга матау жена! Имею полное право начальнику мужа доброго денёчка пожелать… Господин Риедарс! Можно вас на минуточку?
– ИМЕЛЬДА!!.. – одновременно взмолилась и прошипела я. – Вы не посмеете!..
– Иди-ка, девочка, погуляй…
Кайарахи приблизился, с интересом рассматривая красные пятна на моих щеках, нервно теребящие волосы руки и наливающиеся слезами глаза. Только и оставалось, что вежливо кивнуть, собрав остатки достоинства, и направиться в сторону па.
А как скрылась за густыми кустами, то побежала со всех ног, проклиная свою откровенность и прямолинейную компаньонку. И в деревне чуть не врезалась в Агну. Та покивала и молча завела к себе, вручив пирожок. Я попыталась его откусить, чтобы не обидеть гостеприимную дови (да ещё и матушку Вепря, как выяснилось!), но губы вдруг сами затряслись и я дала волю чувствам.
– Я не понимаю!.. – глотала я слёзы. – Вы ведь тоже из Вельтарингии, вы должны меня понять! Почему здесь всё так сложно?.. И дико! Что ни сделай – это обязательно что-то значит! Вот кайарахи все жалеют – потерял он там что-то!.. А на меня с укором смотрят, будто это я украла и не отдаю! Да и вообще ему… не даю, уж простите за вульгарность! Боги, в кого я превратилась с этими варварами! Торговка базарная, а не тесса!.. А спросишь, что потерял, и все молчат. Вообще никто ничего не объясняет, смеются только все над вопросами! Тычемся, как котята слепые! Или вон Мелли: раз – и замужем… Это как так вообще?!.. Да тут шаг ступить боязно, чтобы в какой-то обычай не вляпаться! Боги милостивые, вот правда, я четыре тома дедовского Устава пересказать могу, а тут сама чувствую себя невеждой! Ничего не знаю! И не понимаю! Я не могу так больше! Как вот так можно – взять и просто пару ночей вместе провести?.. А потом разойтись, как ни в чём не бывало! Это нормально, что ли?! А у других одновременно с этим – любовь на всю жизнь! Руку под мышку сунул, понюхал – вот в любви, считай, и признался!.. Пусть и дико, но красиво же! Сердца вот дарят…
– А тебе, дочка, одного сердца мало? – погладила она меня по волосам. – Того, что на руке носишь.
Я проморгалась и взглянула на неё с удивлением. Агна дотронулась до красного шнурка на моём запястье, пропустила сквозь пальцы узелки, словно читая их.
– Это оберег просто, – шмыгнула я. – Вангапу так сказал.
– А… ароха? – выдавила я. – Сердце его?..
– А то я этот шнурок не узна́ю. Сама же на нём первый узелок и оставила – зарок его благословила.