Вокруг меня же вдруг стало очень тихо. Будто воздушная пелена обняла, и я почему-то точно знала – она не выпустит ни звуков, ни моих запахов…
– Спасибо, Те Хау, дух ветра, – прошептала я и ринулась прочь от обманки. Ветки расступались передо мной бесшумно, тут же смыкаясь за спиной – ни треска, ни шелеста. Только ласковое дуновение мазнуло по лицу. Задержит это его? Хотя бы ненадолго…
Где-то вдалеке затрещали деревья, содрогнулась земля, будто и не человек там был вовсе. Зверь, как есть дикий зверь!.. Разъярённый разочарованный вопль сотряс кроны. Быстро же он ложный след распознал… На несколько секунд всё стихло, а затем по лесу прокатилась жаркая волна невидимого пламени, выжигая мой воздушный кокон.
«Аргх-х, не лезь, братец ветер! – заскрипели, сворачиваясь в трубочки, вмиг иссушенные листья. – Наша добыча! Дэвр меня яростью своей напоил, помогу ему…»
– Спасибо, Те Хоата, дух огня! – взревел Вепрь вдалеке, и земля снова содрогнулась от его топота.
Я бросилась дальше, только погоня была уже не позади, а сбоку, опережая, беря на перехват. На мгновение мне показалось, что среди зарослей мелькнула всклокоченная чёрная шкура, блеснули загнутые жёлтые клыки, и дикий рёв раздался уже рядом…
«Ар-ргх, дочь моих дочерей, игривых нгаика-рере! – прожурчал под ногами ручей. – Беги, смою твой запах, помогу тебе…»
Я зашлёпала по воде, поднимая брызги, но шум льющейся впереди воды заглушил эти звуки.
– Спасибо, Те Ваи, дух воды, – задыхаясь от бега, сбивчиво прошептала я.
За гирляндами одуряюще пахнущих орхидей, что сплелись в сплошную стену, пряталась скала с небольшим водопадом и озерцом под ним. Я подбежала ближе.
Меня обдало водной пылью, но среди грохочущего потока я высмотрела небольшую пещерку в скале и бросилась туда, проскользнув сбоку от водопада. Слышала ли я эти голоса на самом деле? Или стучащая в висках кровь распалила воображение, вот и чудится всякое? Но что бы ни вывело меня сюда, а спрятаться за водопадом было разумно – запахи и звуки он не пропустит… Дикий рёв донёсся до меня даже сквозь грохот воды. А в просвет между потоками воды в моё укрытие влетел ярко-красный попугай. Не тот, что служил тохунге, а другой: огромный, с мощным кривым клювом, что и человеку запросто голову проломит.
– Аур-рр-рем! – закаркал он оглушительно громко. – Не скр-рроешься, аур-рем!!..
– Да замолчи ты!.. – сдавленно крикнула я, нащупав камень.
Но бросить не успела – птица уже вылетела наружу, отчаянно вереща:
– Аур-рем! Аур-рем!..