Институт — это не просто школа для одаренных детей; оно внушает ужас и страх. Внутри происходит что-то непостижное: тенистые коридоры, бесконечные темнота под сводами, а в сердцах учеников — мысли, не похожие ни на одно человеческое состояние. Здесь каждый день становится уроком жизни, и лишь единицы выживает, чтобы навсегда покинуть эти закрытые стены....
Билли Уиклоу наступил ему на запястье.
– Брось пистолет, ублюдок!
В это мгновение миссис Сигсби, поняв, что все идет не по плану, велела Луи Гранту и Тому Джонсу пустить в ход автоматы. Уильямс и Робертсон значения не имели.
Значение имел только мальчик.
33Два «ХК-37» наполнили мирные дюпрейские сумерки оглушительным грохотом. Грант и Джонс поливали автоматным огнем кирпичный фасад полицейского участка, выбивая из стен облачка розоватой пыли, круша окна и стеклянные панели дверей. Оба стрелка стояли на тротуаре, остальные члены Золотой группы рассредоточились позади них на улице.
– Давай! – орала Вайнона Бриггс, приплясывая на месте, как будто ей приспичило в сортир. – Мочи их!
– Вперед! – крикнула миссис Сигсби. – Все разом! Мальчишку захватить или убить! Захва…
И тут сзади раздалось:
– Никто не тронется с места, мэм. Клянусь Спасителем, если хоть кто-нибудь сделает шаг, мы уложим всех до одного. Вы двое там впереди, бросайте оружие сию секунду.
Луи Грант и Том Джонс обернулись, но автоматы не бросили.
– Живо, – приказала Энни, – не то вы покойники. Это не игрушки, ребята. Вы на Юге.
Грант и Джонс переглянулись, затем аккуратно положили автоматы на асфальт.
Миссис Сигсби хорошо видела двоих под покосившимся навесом «Алмаза»: лысого толстяка в пижаме и встрепанную женщину в чем-то вроде мексиканского серапе. У толстяка была винтовка. Женщина в серапе держала одной рукой пистолет, другой – револьвер.
– Теперь остальные, – потребовал толстяк.
Миссис Сигсби смотрела на двух провинциальных дурачков перед заброшенным кинотеатром и устало думала: неужели это никогда не кончится?
Выстрел в полицейском участке, затем, после недолгой тишины, второй. Когда провинциальные дурачки глянули в ту сторону, Грант и Джонс наклонились поднять автоматы.
– А ну прекратить! – крикнула женщина в серапе.
Робин Лекс, которая не так давно застрелила через подушку отца Люка, воспользовалась этим моментом, чтобы вытащить свой «зиг-зауэр».
34Когда началось столкновение в Южной Каролине, Калиша и ее друзья сидели, обреченно понурясь, у двери на Ближнюю половину. Айрис оказалась права: дверь ни черта не открывалась.
Никки: Может, мы все равно можем что-нибудь сделать.
