Институт — это не просто школа для одаренных детей; оно внушает ужас и страх. Внутри происходит что-то непостижное: тенистые коридоры, бесконечные темнота под сводами, а в сердцах учеников — мысли, не похожие ни на одно человеческое состояние. Здесь каждый день становится уроком жизни, и лишь единицы выживает, чтобы навсегда покинуть эти закрытые стены....
– Эти люди видят будущее.
– Вы шутите, да?
– Я не шучу, и он тоже, – ответил Смит. – Шестерых провидцев можно назвать нашей линией ДЗО – эта устаревшая аббревиатура времен холодной войны означает дальнее заблаговременное обнаружение. Или, если хотите что-нибудь посовременней, они наши беспилотники, которые летают в будущее и выслеживают места, где полыхнет пожар. Мы тушим только самые большие. Мир выжил лишь потому, что мы принимали превентивные меры. При этим погибли тысячи детей, зато миллиарды детей были спасены.
Энни и двое детей вновь двинулись вниз с холма. Тим не стал их останавливать, он был слишком ошеломлен услышанным.
– Я могу поверить в телепатию, могу поверить в телекинез, но предсказывать будущее? Это не наука, а ярмарочные враки!
– Уверяю вас, это не так, – возразил Смит. – Наши провидцы находили мишени.
– Провидение существует, Тим, – тихо сказал Люк. – Я догадался еще до того, как сбежал из Института. И почти уверен, что Авери тоже. Иначе картинка не складывается. Я читал об этом с тех пор, как мы здесь. Все, что смог найти. Статистика неопровержима.
Подошли Калиша и Никки. Они с любопытством разглядывали блондина, который представился Биллом Смитом, однако в разговор не вступали. Энни стояла у них за спиной.
– Видите? – сказал Смит. – Ваш домашний гений подтверждает. Наши шесть провидцев – какое-то время их было восемь, а в семидесятых оставалось всего четыре, очень опасное было время – постоянно ищут неких людей, которых мы называем стержнями.
Тим затряс головой:
– Не верю.
