В темном доме сквозило нерешительное мерцание света от телефона. Чонка стала медленно подниматься к лицу, и он с легкостью перехватил её руку, заставив замолчать. Я добралась почти до цели, когда его пальцы обвились вокруг моих, ослабляя мое движение. Внезапный звонок сменил тишину на напряжение....
Услышав, что Глеб встал со стула и направляется ко мне — заткнулась и замерла на месте, пытаясь притвориться статуей или памятником. А памятникам нельзя причинять никакого вреда — это все знают! Надеюсь, что и Глеб тоже!
Не знал, похоже!
Он подошел и схватив меня за плечо, и далеко не нежно так, развернул мою персону к нему лицом. Я в процессе этого поворота закусила себе нижнюю губу, стараясь сдержаться и не сболтнуть ещё чего лишнего. Всё-таки, надежда на то, что ещё не всё так для меня запущенно, присутствовала.
Поднимаю голову и вижу как он открывает рот, чтобы…заорать, наверное? Я этого так и не узнала. Он его быстро закрывает и…ничего.
Поднимаю глаза, чтобы посмотреть, что же его тормознуло. Он не отрывал горящий, злой и бешеный взгляд от моей прикушенной губы. Посмотрел мне в глаза и снова вернулся к моей нижней губе, которую я выпустила из плена зубов.
— Черт бы тебя побрал! — яростно прошипел Глеб, наклоняясь и впиваясь в мои губы своими.
Ну, как…так то?! Это единственная мысль, которая посетила меня, когда поняла, что и сама потянулась к нему, когда он опускал ко мне голову, совершенно четко давая понять, что ожидает нас через несколько секунд.
Я закрыла глаза и прижимала к себе Глеба, ничуть не уступая ему в страсти, которая нас поглотила, засосала и закружила в своих сетях.
Одной рукой, обхватив мою талию, он впивался своими пальцами в моё тело. Оставляя, казалось, огненные отпечатки пальцев на моей коже, минуя каким-то образом ткань. Вторая — нашла своё убежище в моих волосах и подстраивала мою бедную, пьяненькую и улетевшую в непонятный водоворот наслаждения, головушку в положение, которое было угодно и выгодно Глебу.
Язык, так и вовсе, хозяйничал в моём рту словно господин этих владений. Проводил кончиком по зубам, а потом вступая в схватку с моим языком, который даже и не думал сильно сопротивляться, хотя и пытался это время от времени делать.
Дрожь шуровала уже по всему телу со знаменем в руках «Согласные мы! На ВСЁ!». Нижнее бельё становилось с каждой секундой всё влажнее и влажнее. Чую, что моя интимная нижняя чакра, переняла в свои руки это знамя и собирается дальше продолжить демонстрацию под этим стягом!
Глеб оторвался от моих губ и начал вытворять то же самое, что и с губами, но только теперь в районе шеи. Стоны вырывались из моих истерзанных губ.
