Автор
В галерее «На Беговой» собрались любители искусства. Здесь представлены работы отчаянного воина — художника с неординарным творчеством. Среди импрессионистов и реалистов можно заметить картины, написанные с особой силой и ясностью. Этот автор перевоплотил обычные предметы в бесформенные образа, будто пытаясь вырваться из рамок классической живописи....
Рашид Нахапетов проводил взглядом удалявшегося Говоркова и, на секунду задумавшись, пробормотал:
— Когда-то я уже видел этого бомжа…
Рыжеволосый бугай, выпуская клубы дыма изо рта, снисходительно ухмыльнулся.
— Вчера! — уверенно заявил он. — Хмырь у меня еще сигарету сшибал!
В памяти смуглолицего татарина моментально всплыли картинки вчерашнего утра.
— Точно, Антон! — воскликнул Нахапетов. — С ним еще такой седовласый мужик был.
Андрющенко неопределенно пожал плечами.
— А черт его знает, — неуверенно произнес он, — был вроде какой-то мужик…
Перекинувшись еще несколькими фразами и осмотревшись по сторонам, мужчины дружно встали и принялись искать в мусорной урне и в ближайших кустах то, что могло стать важной уликой в криминальном деле…
Глава 4.
Столь ранних гостей на проспекте Мира явно не ждали. Илларион Константинович несколько раз стукнул кулаком по двери, так как звонок не работал, что, впрочем, с ним часто случалось.
— Вот чертовщина, — устало произнес инструктор спецназа ГРУ.
Стоявший позади широкоплечего полковника худощавый художник посоветовал:
— А ты еще раз постучи, Илларион Константинович, да погромче!
— Ты, Александр Иванович, хочешь весь дом поднять с утра пораньше? — язвительно спросил полковник.
Художник испуганно тряхнул головой:
— Нет!
— Тогда подержи пакет, Сашок, — попросил полковник и, освободившись от ноши, достал из кармана куртки мобильник.
Самусенков взял пакет и аккуратно поставил его в сторонке рядом со стенкой.
— А может быть, они ушли? — с опаской предположил он.
— Нет, Константин обещал дождаться меня в мастерской, — сказал Забродов, — хотя остальные, может быть, уже и уехали.
Художник-реставратор с сомнением причмокнул пухлыми губами и почесал раскрасневшийся курносый нос.
— А куда ты собираешься звонить? — с недоумением спросил он.
Пенсионер указал рукой на дверь, перед которой они находились.
— Косте…
Только теперь до усталого Самусенкова дошел смысл действий спутника.
— А если он не поднимет трубку?
— Сейчас узнаем, — сдержанно сказал Илларион Константинович и набрал номер телефона Гуреева.
Трубку долго не брали, однако через некоторое время мобильник Константина Гуреева отозвался, но не мужским голосом, а женским:
— Да…
Илларион Константинович неуверенно произнес:
— Извините, мне нужен Константин Гуреев.
— А кто это?
— Забродов.
Возникла небольшая пауза.
— А где вы? — снова раздался женский голос по мобильному телефону.
