Автор
В галерее «На Беговой» собрались любители искусства. Здесь представлены работы отчаянного воина — художника с неординарным творчеством. Среди импрессионистов и реалистов можно заметить картины, написанные с особой силой и ясностью. Этот автор перевоплотил обычные предметы в бесформенные образа, будто пытаясь вырваться из рамок классической живописи....
— Костяныч, а ты не знаешь такого Минчинского Геннадия Станиславовича? — спросил Забродов.
— Ну… слышал о нем… — ответил бородатый художник.
— А что, Костя, ты конкретно о нем слышал?
— Да учился он у нас одно время, — сказал Гуреев, — вроде бы парень был способный, но за какие-то фарцовские дела его отчислили… Потом пропал из виду… А теперь всплыл! Занимается скупкой картин и делишками, от которых не очень хорошо пахнет.
Седой полковник удовлетворенно вздохнул.
— А Ваня с ним дела имел? — спросил он.
— Точно не могу сказать, Илларион, — уклончиво ответил бородатый художник, — ты же знал Ивана, из него, бывало, слова не вытянешь, а уж как завязал пить, так вообще стал глух и нем, как та рыба!
— И что, Ванька не упоминал даже его имени? — не отставал полковник от Гуреева.
Именинник наморщил лоб, стараясь хоть что-то припомнить.
— Да вроде бы ничего, — ответил он. — И знаешь, мне сейчас кажется, что Иван, когда речь заходила о Минчинском, старался уходить от разговора.
Забродов покачал седой головой:
— Понятно…
Гуреев с интересом взглянул на него:
— Что понятно?
— Да так — ничего, Костяныч, — слукавил инструктор спецназа ГРУ. — Слушай, а много людей занимается изготовлением копий?
— Занимаются многие, — усмехнулся Гуреев, — да не у всех получается! Вот у Ваньки здорово получалось! Талант! Или возьми хоть Машку…
Забродов удивленно посмотрел на Гуреева:
— Какую Машку?
— Ну ту, что на кухне, — буркнул бородатый хозяин мастерской.
До Забродова дошло, о ком говорил его собеседник.
— Она что — художница? — с некоторым удивлением в голосе спросил седовласый пенсионер, которому показалось, что женщина находилась в художественной мастерской по несколько иной причине.
— Да какая там художница, — снисходительно произнес Гуреев, — так, одно название… Хотя должен признать, иногда ей удаются копии. — Гуреев недовольно нахмурился. — А вообще таких мастеров, чтобы мастерски сделать копию, у нас считаные единицы.
— А ты их знаешь?
Бородатый художник ухмыльнулся.
— Парочка художников есть на примете, — признался он и тут же добавил: — А остальные не очень-то хотят светиться.
— Непрестижно?
— Небезопасно! — ответил Гуреев.
Полковник понимающе кивнул.
— А как бы это с ними познакомиться? — поинтересовался он.
— Поговори с Димой Власовым, он их лучше знает, — ответил Константин Гуреев.
