Автор
В Грозовой Руси магии и недр Красной Пустыги жива древняя княжеская кровь. Героини из разных поколений объединяются для остановки угрозы, исходящей из глубин земли. Их пути пересекаются в битве за выживание, когда каждая мгновение становится жизненно важным.
— Я не переберусь снова, просто потому, что ты хочешь всю ночь болтать с одним из своих глупых друзей.
— Она не моя подруга, — подхватывает Линн. Я почти смеюсь, она права. Первое, что она сделала, когда мы познакомились, это оттоптала все пальцы на моих ногах. — Гек, это Трис. Трис, это мой младший брат, Гектор.
При звуке моего имени его голова вздрагивает, он смотрит на меня с открытом от удивления ртом.
— Рада с тобой познакомиться, — говорю я.
— Ты Дивергент, — отвечает он. — Моя мама сказала держаться от тебя подальше, потому что ты опасна.
"— Да, она большой и страшный Дивергент, и она собирается взорвать твою голову одной лишь силой мысли, — говорит Линн, ткнув его указательным пальцем в лоб. — Не говори мне, что действительно веришь во все эти детсадовские бредни.
Он краснеет и хватается за вещи из груды рядом с кроватью. Я чувствую себя неуютно из-за того, что прогоняю его, но лишь до тех пор, пока не вижу, как он бросает свои вещи вниз, через несколько коек. Ему не придется далеко уходить.
— Я имею на это право? — спрашиваю я. — В смысле, спать здесь.
— Да, — усмехает Линн. — Гек заслуживает того, чтобы его выперли. Он назвал Зика предателем на глазах у Юрая. Так нельзя. Думаю, на нем сказывается Искренность. Он чувствует, что вправе говорить, что вздумается. Эй, Мааар!
Марлен высовывает голову из-за кровати и улыбается мне, обнажая зубы.
— Эй, Трис! — говорит Марлен. — Добро пожаловать. Что такое, Линн?
— Ты можешь заставить младших девчонок дать нам что-нибудь из вещей? — уточняет Линн.
— Конечно, — говорит Марлен.
Кладу нож рядом с нижней койкой.
— Что за ""детсадовские бредни""? — спрашиваю я.
— Дивергент. Люди с особыми умственными способностями? Да ну, — она пожимает плечами. — Я знаю, ты в это веришь, но я — нет.
— Тогда каким образом ты объяснишь мою устойчивость к моделированию? — интересуюсь я. — Или возможность ему сопротивляться?
— Думаю, лидеры выбирают случайных людей и меняют моделирование под них.
— Зачем им это?
Она машет рукой перед моим лицом.
— Ты так увлечена, волнуясь о Дивергентах — прямо, как моя мама — что забываешь волноваться о делишках лидеров. Это, просто напросто, разные способы контроля над сознанием.
Она избегает смотреть мне в глаза, выводя носком туфли круги по мраморному полу. Интересно, помнит ли Линн, как находилась под контролем? Во время атаки моделирования.
