Придя домой, я приготовил инструменты для вскрытия тайника, которые приобрёл на рынке и даже купил для них специальный слесарный ящик. Кроме инструментов пришлось покупать высокую стремянку, так как потолки в квартире были за 3 метра, а вентиляционное отверстие зияло под самым потолком.
Снял решётку, потом пришлось вынуть пару кирпичей сбоку, прикрывавших вход в тайник. Судя по вынутым кирпичам, тайнику было несколько десятилетий. В тайнике лежала большая деревянная шкатулка, прекрасно сохранившаяся, ибо тайник был сухой и герметично закрытый. Ну, а в шкатулке, которую я с замиранием сердца открыл, был клад. Крышка была закрыта на символический замок, который я не стал ломать, а открыл с помощью магии.
Клад состоял из большого количества золотых и серебряных монет царской чеканки, а также пары десятков золотых перстней, среди которых были с драгоценными камнями, десяток пар женских золотых серёг с драгоценными камушками, одна женская диадема из золота, украшенная драгоценными камнями и нескольких ожерелий."
"Я задумался. У меня хранился уже один подобный клад, который я так и не пытался даже реализовать. Заниматься этим самому, это к гадалке не ходи, контакты с криминалом. А не обратиться ли мне за помощью к Марку Вольфовичу, с его связями. Отдать ему четверть за реализацию. Оба клада вместе должны потянуть на очень приличную сумму. Да, заодно, нужно проверить гостиничный номер 2218, большой угловой номер на втором этаже служивший когда-то кабинетом товарищу Свердлову Я.М. Вот зуб даю, что у него не одна нычка была. Завтра выйду на работу и сразу же займусь этим.
Я занялся ликвидацией последствий вскрытия тайника. Через 10 минут ничего не напоминало о проведённом в комнате вскрытии вентиляционного отверстия. Единение строительной техники с магией даёт поистине чудодейственные результаты.
* * *В университете, тем временем, дела мои шли своим чередом. Сначала мне пришлось потратить время на то, чтобы убедить декана дать разрешение на досрочную сдачу его предмета — исчисление бесконечно малых величин. Прогнав меня по своему курсу вдоль и поперёк и убедившись в прочности моих познаний, он очень удивился, как такое вообще может быть. Пришлось вытаскивать наружу сказочку о молниях. И только проверив мою абсолютную память, он уверовал в мои возможности и дальше все пошло бодрее.
Однако первые досрочные экзамены, несмотря на горячую поддержку декана, у меня принимали специально создаваемыми комиссиями, пока не убедились, что я действительно обладаю требуемыми по программе знаниями.