В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
В нашем маленьком городе, с которого мы начали свой путь, имелось несколько таких, осевших на постоянную жизнь семей."
"Да, их мало кто любит, впрочем, как и нас, но надо отдать им должное – выживать эти черти умеют как никто другой.
Наш новый знакомый оказался именно из них.
Ещё тогда, в прошлой жизни мы успели понять, что цыгане – это не только грязные попрошайки и воришки, они – довольно серьёзная мафия. То, что видит каждый обыватель, это даже не верхушка айсберга, так, жалкий снежок на его поверхности.
Про Баронов наверняка слышали все, как и про барыг, но мало кто знает о торпедах, ну или о быках.
Однажды мы с Мутным перешли им дорогу, так, по мелочи, отделались парой месяцев в больнице, да принудительным лечением от зависимости. Однако будь ситуация серьёзнее, мы вряд ли бы дожили до сегодняшнего дня.
Рассказывать там особо нечего. В очередном поиске дозы мы завалились в табор, ну и не получив желаемого, отмудохали мелкого барыгу.
Но этот, он был другой. Гораздо серьёзнее. Такой с лёгкостью перережет глотку, вежливо извинится и пойдёт дальше.
Цыгана в нём выдавал лишь смуглый цвет кожи, в остальном, если не знать их братию, ни за что не скажешь. Абсолютно лысый череп с лихвой компенсировался густой порослью на лице. Приличный камуфляж, оружием увешан, что твой Рэмбо, хотя, может быть, это нам так показалось в момент знакомства. По факту всего три ствола: автомат, короткий дробовик и пистолет, но помимо этого много всяких сумок на груди, нож, рюкзак, что-то к ноге привязано.
Выйти на него оказалось несложно. Квадрики быстро домчали нас до границ его владений. Мутный определил её по отсутствию мутантов, которые, вместе с оттепелью, повылезали из своих щелей и теперь стягивались поближе к человеку.
Нет, в сами посёлки они не совались, тем более, к нам. Тем не менее одинокие путники периодически пропадали.
Жрать хочется, запасы нужны. То, что в своё время удалось вынести из магазинов, а также складов и даже бункеров, уже подходит к концу. Вот люди и заботятся о завтрашнем дне, в надежде, что следующая зима не будет такой суровой и долгой.
А потому мутанты всегда образуют некий ореол вокруг поселений и Мутный, в отличие от нас, прекрасно его видит.
