В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
Вот только жизнь распорядилась иначе. Все эти чистенькие, правильные человеческие судьбы оборвались в один миг. За всё то время нашего скитания, удалось наткнуться лишь на один островок нормальности. Тот самый посёлок «Новая Жизнь».
Честно говоря, я именно по этой причине не стал возвращаться и мстить. Зачем?
Нас всё равно никогда не примут в этом мире. Хоть всю землю дважды обойди, каждый раз мы будем натыкаться на несправедливость, страх и ненависть в человеческих глазах. Такова наша судьба, что в прошлой жизни, что в будущей.
Так зачем противиться, смысл грести против течения, когда можно расслабиться и получать удовольствие.
И я очень надеюсь, что ближе к Москве мы сможем отыскать подобных себе, сбить из них стаю, чтобы ни один «нормальный» человек, даже не подумал сунуться к нам со своими советами.
Снегоход Мутного вдруг остановился. Я даже не сразу заметил за своими мыслями, что с периферии слуха пропал звук его двигателя. Вообще, меня Лена за плечо потрепала, привлекая внимание.
– Вы чего? – спросил я, после того как развернулся и подъехал к товарищам.
– Он говорит, там хуй какой-то живёт, и что лучше к нему не соваться, – кивнул затылком на Петра Мутный.
– Чё за хуй? – уточнил я.
– Да псих один, – неопределённо ответил пацан. – Он на войне был, когда всё случилось, видимо, там окончательно крышей поехал. Двоих наших пацанов убил, когда они жратву по округе собирали.
– И с чего ты решил, что он нам что-то сделает? – уточнил я.
– Да я ничего не решил, просто предупредил, – буркнул в ответ он.
– Ладно, дальше рассказывай.
– Ну мы решили его ёбнуть, отомстить типа, да и вообще от греха подальше. В той стороне посёлок почти весь целый остался, вот он его типа своим считает. Короче, собрал я пацанов и решил на него охоту устроить. В итоге всё наоборот вышло: едва ноги унесли и ещё трое наших там осталось. У него там всё в датчиках каких-то, ловушках разных. Говорю же, псих.
– Чё думаешь? – спросил я у Мутного.
– Хули тут думать, у нас топлива край до посёлка этого, дальше только на хую галопом, – пожал плечами тот. – Здесь три логова поблизости, твари злые, голодные…
– Сами разберёмся, – отмахнулся я. – Чё мы с одним психом, что ли, не разберёмся?
– Кажется, он уже знает, что мы здесь, – с задумчивым видом добавила Тоня. – И похоже, я догадываюсь, как он о нас прознал.
– Хочешь сказать…
– Да, – перебила меня девушка, – он нас слышит.
