В детский сад вернулся, но вот жизнь после него — другое дело. В тебе прорывалась неутоленная жажда мести за всё, что ты проиграл: идиллию, надежды и просто нормальную жизнь. Только вокруг теперь воняет жизнью тех, кто с тобой играл, а не кого ты убил. Вот тебе и новый способ чувствовать себя "живым" — видеть своих предателей через окна их домов, слышать их мольбы о прощении и знать, что они испражняются рядом с твоим домом....
– Вы чё тут охуевшие такие?
– А ты не борзей, – как-то сразу сделался хмурым тот. – Не вы первые здесь появились и всякое на оплату предлагают, лишь бы корку хлеба получить.
– Да мне по хуй кто вам чё предлагает, – всё же продолжил борзеть наркоман. – Могу тебе очко развальцевать в качестве оплаты.
– Хули ты с ними базаришь, Палёный, – подал голос напарник. – Валим их на хуй и дело к стороне.
– Ебальник свой завалить можешь, петушок, – окончательно разошёлся Мутный.
Я же его не одёргивал, сейчас подобный конфликт нам всем пойдёт в пользу.
Но главный вопрос в другом: сколько здесь людей, помимо этих, и как они отнесутся к гибели своих. Вот только что-то мне подсказывает, это обыкновенные мародёры, такие же как мы. Ну не может такого быть, чтоб здесь находился нормальный посёлок, от него бы как минимум, за километр дымом несло на таком-то морозе.
– А ты не охуел? – напарник, до сего момента держал нас под прицелом, как говорится «от бедра», а сейчас он вскинул автомат на уровень глаз.
И я ударил. Парень даже не успел на крючок надавить, когда его голова взорвалась изнутри, будто гнилой арбуз. Снайпер, что наблюдал за происходящим в прицел, с высоты пятого этажа, попросту вылетел из окна. Вряд ли приземление на бетонную отмостку полезно для здоровья.
Оставшийся мужик, тот, что говорил с нами, в панике опустошил магазин за одну длинную очередь. Но защита отработала на все сто, ни одна пуля не достигла цели.
Поняв, что обычным способом вреда нам не причинить, Палёный принял вполне адекватное решение – попытался сбежать. Вот только воздушный удар без особых хлопот опрокинул его на спину и даже подтянул к нашим ногам.
В мою голову закралась странная идея, которую я тут же воплотил в жизнь. Поток частиц втянулся в ладонь, а вторая рука потянула душу из всё ещё живого человека."
"Его крик эхом разлетелся по всей округе, но нас это нисколько не смущало. Мы уже предвкушали, как выпьем его без остатка, как и его товарищей, а затем всласть потрахаемся в их же логове.
– Ну вот, ебать, жизнь налаживается, – изрёк Мутный, закидывая в рот очередную ложку жареной картошки с мясом. – Нехуёво они тут устроились.
– Я бы сказала, слишком организованно, – внесла своё умозаключение Тоня. – Похоже, они здесь сидели не сами по себе.
– А тебе не один хер? – повела плечами Лена. – Завтра нас здесь уже не будет.
