В темноте, как огонь в мрачной гробнице, шагают четверо. Ночь умерщвляет все звуки — за исключением шелеста одежды и соприкосновения камней под ногами. Монгольские братья-близнецы, Бат и Батар, маскируются в ночи, прикрываясь лишь тихим скрежетом их дыхания. Здесь, на гнилой земле после мокрого дня, все должно быть тщательно спланировано и упорядочено....
— Ты слишком сильно пострадал, нужно восстановиться. Никакой бани!
И, будто сыпля соль на рану, из бани, с криками, выскочили голожопые Хидзаши, Изао и Сакоку. Они все вместе плюхнулись в озеро, и крики наконец-то сменились облегчёнными вздохами.
Затем показался красный как рак Изаму. Великий Дракон держал каменное лицо, окинул нас взглядом и тоже направился к пирсу, с каждым шагом ускоряясь так, что под конец забавно перебирал ногами и шустро нырнул в воду, не разворачивая полотенце.
Последним из бани вышел довольный Медведь.
— Для первого раза ничего. Но я бы сделал ещё пару заходов. — Затем он на корявом японском обратился к будущему тестю. — Ханма, не хочешь попариться?"
"— Э, нет, — усмехнулся тот, сидя на кресле и наслаждаясь бутылочкой саке. — Мне и прошлого раза хватило, так что воздержусь.
— Ну, как знаешь, — пожал плечами Медведь. — Ваше Сиятельство, прошу в берлогу!
Это он Арсению, который был следующим в очереди в парилку.
Князь нервно сглотнул, наблюдая за бормочущим ругательства Изаму, подумал и сказал:
— Пожалуй, я сегодня воздержусь, Медведь… Что-то мне нехорошо.
— Так Азуми тебя подлатает, и в бой!
Арсений испуганно глянул на неё и глазами умолял этого не делать.
— Я не буду использовать магию ради забавы, — отмахнулась Азуми и продолжила разделывать помидор.
Самый простой салат из огурца и помидора, чуть политых маслом и посыпанных зеленью, был лучшим дополнением для шашлыков.
— Меня попарь! — громогласно воскликнул Соколов.
Он сидел рядом с Ханма и тоже наслаждался японским алкоголем. Вместе с ними ещё разлёгся Слава, но этот натянул шляпу на глаза и похрапывал.
— Вот это дело! — обрадовался Медведь и скрылся в бане.
Скоро туда заскочил Александр, а через пару минут начал доноситься шелест берёзовых веток, которыми обхаживали графа.
Я тяжело вздохнул и вернулся к шашлыкам. Которые, кстати…
— Готово! — воскликнул я, поднимая крышку.
В лицо ударил резкий жар и сводящий скулы запах мяса с дымком.
— Господин, давайте я вам помогу! — подскочил Кипа.
— Я и сам справлюсь с мясом, дружище. У тебя вообще выходной, так что кури бамбук и не парься!
Когда накрыли на стол, уже вернулись самураи. Они старались держаться как ни в чём ни бывало, но морды были слишком красными, чтобы это получалось хорошо.
— Кхм… — вдруг решился Хидзаши. — Прошу просим прощения за… неподобающий вид.
— Просим! — хором воскликнули братья Сайго.
