Инженер из будущего продолжает менять ход истории в теле петровского подмастерья. Среди войны со шведами, грязи и тяжелого труда он внедряет технологические новшества, стремясь выжить и подняться в обществе. Но каждое изобретение меняет судьбы людей и историю России.
Похоже, «Инженер Петра Великого – 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 10
Вонища и едкий дым всё никак не рассеиваются над Игнатовским. Запах въелся в одёжу, в волосы, казалось, в самую кожу въелся, и ничем его было не вывести. Я стоял на краю здоровенной чёрной проплешины Ещё недавно тут красовался наш новенький пороховой цех — моя гордость. Теперь на этом месте торчали обугленные брёвна, криво топырились оплавленные железяки от моих хитроумных приблуд, ветер гонял по земле серый пепел вперемешку с ошмётками недогоревшей целлюлозы. Картинка похлеще любого Страшного суда. Руки сами в кулаки сжимались, а в груди ворочался холодный ком — эдакая смесь опустошения, горькой досады и бессильной ярости. Всё коту под хвост! Все расчёты, бессонные ночи, рискованные эксперименты, куча перелопаченных материалов — всё это к чертям собачьим взлетело на воздух из-за…
И из-за чего⁈
Рядом, понуро шмыгая носами, топтались два главных виновника этого «торжества» — Федька и Гришка. Мои верные помощнички, первые ученики, на которых я такие надежды возлагал! Сейчас они больше походили на двух побитых щенков, все в саже, глаза красные. Федька только и делал, что всхлипывал, утирая грязным кулачищем очередную слезу, а Гришка мрачно ковырял носком сапога головешки. Тошно на них было смотреть. И жалко до одури. Сами-то чуть на тот свет не улетели — Орлов со своими ребятами их считай из самого пекла вытащил, полуживых, наглотавшихся дыма, оглушённых.
— Ну что, орлы, — буркнул я, — выкладывайте еще раз. Всё как есть. Как на духу.
Они переглянулись. Федька не выдержал первый, опять завыл в голос, да так, что вороньё на ближайшей обгорелой берёзе и то шарахнулось.
— Пётр Алексеич, родимый наш… прости ты нас, окаянных… — мычал он сквозь рёв. — Бес попутал… Мы ж как лучше хотели…
Гришка, откашлявшись, заговорил уже попонятней:
— Мы, Пётр Алексеич, покуда вы в отъезде были… ну, это… решили малёхо… того… процесс ускорить, значится. С «кислонтами-то»… Вы ж говаривали, де, ежели состав покруче заделать, да выдержать подоле, то порох злее будет… Ну мы и…
Замялся, слова подбирает. «Ускорить процесс», твою мать! Эти два балбеса, ни ухом ни рылом в химии реакций, в критических температурах и концентрациях, полезли своими ручонками шаловливыми в самое пекло! Улучшить собрались.
— Мы взяли кислонты… ну, серную да азотную… смешали их покруче, чем вы казали, — бубнил Гришка, уставясь в сторону пепелища. — И этой… травы вашей… туда от души сыпанули, чтоб пороху, значит, поболе вышло.
