Инженер из будущего продолжает менять ход истории в теле петровского подмастерья. Среди войны со шведами, грязи и тяжелого труда он внедряет технологические новшества, стремясь выжить и подняться в обществе. Но каждое изобретение меняет судьбы людей и историю России.
Похоже, «Инженер Петра Великого – 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И что делать? Кажется, начинать, похоже, придётся не с разгребания этих руин, а с куда более гиблой затеи — с перепрошивки мозгов. И своих собственных, и этим вот… «орлам».
Дня через два, когда вонь пепелища уже не так била в нос, в Игнатовское пожаловал сам Яков Вилимович. Прикатил без лишней шумихи, в обыкновенной дорожной кибитке, а с ним — всего-то пара-тройка драгун для охраны. Видок у него был не ахти, под глазами тени легли. Мы с ним облазили все, что от моего порохового цеха осталось — одни головешки. Он только головой качал да языком цокал, а так — ни словечка. Видать, и его вся эта катавасия крепко приложила, ведь он, как-никак, был главным моим человеком при дворе, кто за меня перед Государем ответ держал.
— Эх, капитан… Ну и накуролесили тут твои орлы! — выдохнул он, когда мы присели в моей конторке. Тут и Любава, тихонько шмыгнула — поставила перед нами жбан квасу и миску с сухарями. — Убытку-то, убытку сколько! А пуще всего — время упущено, оно ж нонче дороже злата всякого!
— Знаю, Яков Вилимович, знаю, — я тяжко вздохнул и хлебнул квас. Кислющий, зараза. — Федька с Гришкой, понятно, балбесы еще те, кто бы спорил. Но что-то как-то удачно все это.
Брюс внимательно посмотрел на меня, отставив кружку.
— Куда гнешь-то, Петр Алексеич? Неужто думаешь, сие…?
— А вы сами-то как считаете? — я бросил взгляд в окно. — Сами же говорили, что сведения о моих разработках к шведам текут, что вода сквозь пальцы. А тут — нате вам, такое! Вся Россия осталась без цеха, где вот-вот должны были гнать порох, который бы всю войну с ног на голову поставил. Что-то уж больно удачно все сложилось, не находите?
Яков Вилимович нахмурился, побарабанил пальцами по столешнице. В глубине души я понимал, что здесь банальный человеческий фактор. Но вдруг у меня потребуют убрать единственных толковых (инцидент все же подчеркивает их желание помогать) и преданных мне людей. Пусть лучше в своей вотчине мышей ищут. Политика, чтоб ее…
— Да уж, случаи в нашем деле — вещь редкая, особливо когда они недругу нашему так кстати приходятся. Да только ученики твои сами во всем повинились, от слов своих не отпираются. Аль думаешь, их кто… умаслил? Пристращал? Златом прельстил?
— Да кто ж знает, — я только руками развел. — Всякое может статься. Парни-то они простые, от сохи. Запросто могли на чью-то дудочку сплясать. Какой-нибудь хмырь им напел, дескать, «усовершенствуйте» процесс, так и барину угодите, и сами в героях ходить будете.
