В темное время суток, среди рябь дороги над водой Белорецка, начинающий инженер загадочно искал ответ на вечный русский вопрос — куда идти дальше. Здесь, в окружении утренней тьмы и мрачных деревьев, он случайно застревает в истории Башкортостана, открывая двери в неизвестное будущее инженерной Республики....
Даже наоборот, где-то под стеклами пенсне нет-нет да и мелькал намек на улыбку.
— Что за спешка, Лаврентий! — спросил Сталин, глядя на буквально ворвавшегося в его кабинет главу НКВД и своего заместителя в ГКО.
— Шершнев нашелся, Коба! — радостно выпалил Берия! — Живой, воюет в тылу у немцев."
"Сталин не спеша раскурил трубку и выразительно посмотрел на Берию. Тот все понял без слов и продолжил:
— Вчера доставили радиограмму, адресованную мне и подписанную позывным Шершнева. Он писал, что отправил к нам груз и людей, просил прикрыть место их посадки с воздуха и прислать туда своего шурина, капитана Сазонова, для связи и передачи груза.
Берия, насколько мог подробно, описал весь путь Шершнева в немецком тылу. Особо остановился на ликвидации Гиммлера, химическом оружии, пленном начальнике химической службы 9-й полевой армии оберсте Бейгеле и захвате Гейдриха, а также на освобождении от захватчиков города Береза и эвакуации оттуда полутора сотен детей.
— Я распорядился, чтобы самолеты, на которых доставили груз и пленных, перегнали сюда, на Центральный аэродром. Примерно через час они должны уже быть на месте. Помимо всего прочего, там еще и кинопленка, зафиксировавшая момент гибели Гиммлера. Снимал личный кинооператор Гитлера, который также попался в руки Шершнева.
— Наш пострел везде поспел, — хмыкнул Сталин.
— Сейчас в подчинении у Шершнева отряд численностью в полноценную стрелковую дивизию, танковый полк и артиллерийский полк. Все это он назвал отрядом специального назначения. По докладу Сазонова, Шершнев разработал план операции по деблокаде остатков гарнизона Брестской крепости и выводу всех сил к линии фронта. Просит прислать связь и нанести серию авиаударов по окружившим крепость войскам противника и по железной дороге вокруг Бреста, кроме направления на восток.
Сталин несколько раз не спеша прошелся по кабинету.
— Отправьте за линию фронта его шурина, капитана Сазонова, и радиста с рацией. Пусть убедится, что это действительно Шершнев. И если это действительно он, то пусть подберет себе замену, сдаст командование и возвращается в Москву. Хватит ему уже, навоевался.
