О чём книга «Исай»
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.

Автор
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Исай» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Он силен, но уязвим. Она слаба, но способна на глубокие чувства. Судьба разделила влюбленных, лишив их права на счастье. Против воли окружающих они встретятся вновь, чтобы доказать: их жизни принадлежат только им самим.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Уверена, они прекрасно знали о том, что Феликс выжил после аварии. Но предпочли не говорить мне об этом, а решили отдать меня и моего ребенка семье Судаковых, словно разменную монету.
Запрятала эти мысли глубоко и надолго, не хотела сейчас омрачать ими долгожданные моменты близости с любимым. А он, словно точно знал, о чем думаю, обхватил мое лицо ладонями и тихо шепнул:
– Доверься мне!
Боже! Я было готова бежать за ним хоть на край Света! И в огонь, и в воду! И если бы знала раньше, если бы подумала головой, а не страхами и эмоциями, я бы прислушалась к своему сердцу, и примчалась бы в автосервис в поисках информации, а не рыдала бы в гордом одиночестве.
Поэтому я считала, что моей вины в нашей разлуке не меньше, чем вины Исаева. А может, и больше. Ведь я могла отыскать Дарину. Или того же Фуллера. Но нет, я предпочла уехать и барахтаться в своем горе.
Поняла, что готова разрыдаться. Совершенно противоположные эмоции разрывали меня, тянули к разным полюсам. И Феликс нахмурился, пристально всматриваясь в мои глаза.
– Не спорь, Арсения! – выдохнул он, словно я уже час доказывала свою правоту.
Я только затрясла головой, отрицая его слова. Так и хотелось закричать, как сильно я мечтаю перекроить прошлое.
– Ну, дурочка же, – пробормотал Феликс, – Люблю тебя! Слышишь?
Я закивала. А он улыбнулся. И мне вдруг захотелось, чтобы этот мужчина всегда был таким: понимающим, сильным, ласковым, моим.
А поскольку Феликс всегда исполнял любые мои желания, то я знала: так и будет. Мой Исаев будет рядом со мной. Будет любить меня так же пылко и крепко, словно в мире не существует других женщин. И я буду отвечать ему тем же.
– И я тебя! – прошептала я, а в ответ получила глубокий, жадный поцелуй, от которой все тело пробила волна тихой радости и жгучего удовольствия.
Спустя вечность, Феликс выпустил из плена мои губы и спустился ниже. Я попыталась вернуть его голову обратно. Не хотела его выпускать даже на минуту.
Но Феликс лишь прижал меня к мягкому матрасу своими горячими ладонями. И я послушно прикрыла веки, расслабляясь и готовая ко всему. Ведь мой мужчина рядом.
Но, оказалось, что я все же не была готова к действиям Феликса. Он скользнул к моей груди, обрушив всю ласку на части моего тела, ставшие вдруг невероятно чувствительными. Я позволяла любимому делать все, что он хочет. Но все же смущалась под жадным взглядом любимых глаз.
А он лишь широко улыбался в ответ на мой яркий румянец на щеках.
И хитрый блеск в глубине его глаз становился все более заметным. Мои любимые смешинки, по которым я так соскучилась, и ямочки на щеках, отвлекали мои мысли и усыпляли бдительность.
И я уже сама не заметила, как Исай вдруг сместился ниже, к моему животу, и принялся выводить странные узоры языком.