За волнующим шепотом шторма постепенно проступали очертания Торсхольма. Я вглядывалась через окошко каюты, наблюдая за приближением величественного города Скайгарда. Каждое новое видение расширяло мое понимание этого мира — от пышных лугов до укромных уголков скалистого берега....
Упоминать ли про тайный архив пра, например? Есть ли шансы, что меня досрочно пустят в закрытую секцию академической библиотеки?
— Начнем с того, откуда вам вообще столько всего известно? — Йор Роукхейм расслабленно откинулся на спинку скамьи, но было очевидно, что его небрежность — напускная.
От того, поверит он мне сейчас или нет, зависел исход всей моей спасательной миссии.
— Все эти подробности про темную богиню, модификация печати, измененный щит… — перечислил министр, загибая для наглядности пальцы. — Я уточнял, в свободном доступе подобных сведений нет.
Бесценная пра и на этот раз пришла на помощь непутевой внучке.
Только объяснить все странности одним архивом не выйдет.
— Не знаю, поверите мне или нет, но меня избрала сама Мараям.
Тьмок, чуя мое напряжение, запрыгнул на колени и басовито заурчал.
Йор Роукхейм покосился на кота и почесал костяшки. Не простил еще бесславного поражения. Но не начинать же новый поединок посреди сада!
— Смелое заявление, особенно учитывая, как у нас относятся к некромантам и темным таинствам, — поджал губы министр.
— Надеюсь, вы не подвержены предрассудкам, — твердо отрезала я. — В данный момент альтернатив у нас мало. Либо вы мне верите, особенно в том, что ни я, ни темнейшая не желаем зла человечеству.
— Я никогда не был особо религиозен, — осторожно заметил йор Роукхейм, на всякий случай покосившись на тана Киттипа.
Тот ответил безмятежным взглядом, мол, сам грешен.
Некромант все-таки.
— С тем, что молитвы не помогут против когтей, я полностью согласен, — продолжал министр. — Однако у меня все еще есть закономерные сомнения в том, что касается источника ваших познаний.
— Тем не менее чудо мне Лаандара явила. Сами видели,— я пожала плечами. — Значит, даже она поддерживает наше начинание и благословляет на битву.
Надеюсь, это именно благословение, а не намек сменить суть магии и отступиться.
Не уверена, удалось ли мне убедить йора Роукхейма в своей искренности.
