Что было несколько смертей заключенных. И поэтому художник Артюхов изобразил вас на своей картине как одного из участников раздела здешней собственности.
Начальник СИЗО бросил на гостя быстрый взгляд и произнес:
– Что ж, Лев Иванович, спасибо за откровенность. Один умный человек как-то сказал мне, что в нашем деле, то есть в охране правопорядка, откровенность – вещь крайне редкая, как крупный жемчуг на морском дне. И надо ее ценить. Я ценю. И на ваши откровенные слова отвечу так же честно. У меня, конечно, не курорт. Но никаких «пресс-камер», никаких застенков нет. У меня заключенных не бьют и не пытают. Вот вы сами пройдете по камерам, побываете в карцере, увидите заключенных, сами составите собственное мнение. А что касается смертей… Да, это вещь крайне неприятная. Но ведь в изолятор попадают люди с разным состоянием здоровья. У некоторых бывают крайне запущенные заболевания. А наши тюремные врачи не всегда умеют их распознать. Отсюда и случаи летального исхода. Но каждый такой случай подвергается тщательному расследованию.
– И ничего сомнительного? – спросил Гуров. – Нигде нет вины персонала?
– В каждом таком случае было проведено самое тщательное расследование, – заявил Сачко. – Вина персонала нигде не установлена.
– А как обстоит дело с числом заключенных? – продолжал допытываться Гуров. – На тесноту не жалуетесь?
– Нет, что вы! – воскликнул начальник СИЗО. – У нас не тесно. После того как ввели в эксплуатацию новый корпус, стало даже просторно. Вообще, у нас, я считаю, одна из лучших тюрем в России. Регулярные прогулки, есть неплохая библиотека… Да вы сами все увидите. Ну что, вы готовы совершить небольшую экскурсию?
– Почему бы нет? – пожал плечами Гуров. – Идемте.
Начальник СИЗО сначала повел гостя в старый корпус, показал камеры, доставшиеся ему от прошлого века. Здесь тоже сделали ремонт, в камерах оборудовали новенькие туалеты, умывальники. Но особой гордостью Сачко был новый корпус. В нем вообще все выглядело как в гостинице – скромной, но все же гостинице.
Посетителей встречали выстроившиеся вдоль стен обитатели камер. Каждый раз Сачко спрашивал, нет ли у них жалоб на условия содержания, и каждый раз следовал отрицательный ответ. Что касается наполняемости тюрьмы, то действительно бросалось в глаза обилие свободных мест. Гуров прикинул, и у него получилось, что в СИЗО не хватает примерно 50–60 заключенных. Правда, Сачко заметил, что сейчас, в середине дня, некоторые обитатели тюрьмы находятся на допросах у следователей, а некоторые в судах. Но все равно получалось, что много мест пустует.
Под конец они вернулись в центральный корпус, туда, где находился кабинет самого Сачко. Здесь пустовало особенно много мест.