Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945 — читать онлайн бесплатно полностью

«Почекайте трохи, я – зараз», – сказал он и побежал в кладовку, чтобы надеть пиджак. Мы прошли пару раз по дороге к лесу и обратно, затем, в уже наступившей темноте, проводили Галю до деревни. Так прошел вчерашний день."

"А сегодня выяснилось неожиданное. Исчез Вацлав. Совсем. В воскресенье, после обеда, он, не сказав никому ни слова, вышел налегке из дому и больше к нам не вернулся. Сбежал? Случилось ли с ним что плохое? Или забрала за какую-то провинность полиция? В обед разозленный Шмидт звонил в магистрат, но там ему сказали, что несчастных случаев в эти два дня в окрестностях Мариенвердера не зарегистрировано, как нет в участках и задержанных.

Значит – сбежал. Но почему он никому и ничего не сказал о своих замыслах. Неужели не доверял нам? Может быть, поэтому он и был так замкнут? Хуже всех чувствует себя Юзеф. Я понимаю его состояние – все-таки они были с Вацлавом в какой-то мере товарищами. И вот так наплевать в душу…

Шмидт, конечно, наорал с ходу и на Юзефа, и вообще на всех нас – мол, почему не предупредили его сразу? Но потом, видимо, и до него дошло, что мы-то тут ни при чем.

Еще одна новость – Клара снова укатила «на практику». Линда рассказала, что на этот раз родители не хотели ее отпускать. Старая фрау плохо чувствует себя, стала часто болеть, и, если бы Шмидт похлопотал, Клару наверняка освободили бы от «трудовой повинности». Но Клара каким-то образом прослышала, что в имение, куда ее на этот раз направили, недавно вернулся с фронта списанный из армии по ранению молодой офицер – сын тамошнего бауера. Ну а тут уж понятно, что ее никакими вожжами не удержишь.

Ну, вот и все на сегодня. Пошла спать. «Добра ноць».

4 августа

Пятница

Опять новость, на этот раз ужасно неприятная и тревожная. У нас снова «робыли обыск». Вчера вечером, когда уже все укладывались спать, а я, как всегда, планировала посидеть еще часок-другой в одиночестве в кухне, в дверь громко застучали. Раздались лающие голоса: «Ауфмахен!.. Зофорт ауфмахен!»[29]

Юзеф откинул засов и тут же был отброшен к стене. Оттолкнув его, в комнату ворвались два гестаповца. Еще два быстро проскользнули в кладовку. Перевернули и там, и там буквально все. Повыкидывали из чемоданов, сумок и сундучков всю одежду, белье. Перетряхнули матрацы и одеяла на кроватях. Заглянули даже в камин. Оказывается, искали… радиоприемник. В ответ на наши уверения, что у нас нет и никогда не было никакого приемника, злобно орали, что запрут всех в концлагерь и что уж там мы, русские свиньи, враз забудем о своих большевистских замашках.

На протяжении всего этого погрома я просто умирала от страха. Что, если эти ищейки обнаружат мои дневники? Вот тогда уж точно – концлагерь, точно – прощайся с жизнью.