Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ищи меня в России. Дневник «восточной рабыни» в немецком плену. 1944–1945»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Вера Павловна Фролова Серьезное чтение Биографии и мемуары подборки серии
Дневники советской девушки, угнанной в немецкое рабство во время Великой Отечественной войны. Искренние записи о повседневной жизни в плену, борьбе за выживание и вере в освобождение. Редкий документ о судьбе миллионов советских «восточных рабочих», попавших в нацистские концлагери.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как же теперь я буду обходиться без него, без его подчас сердитого, подчас добродушного, подчас ехидного «ту, май-то»?
Тоска еще и оттого, что ведь сегодня действительно мой день рождения, как справедливо заметил Мишка – юбилей. 20 лет. Боже мой, какая же я и в самом деле уже старая!
Помню, в далеком детстве, будучи голенастой, нескладной девчонкой, я мечтала о своих восемнадцати годах. Мне казалось, что именно в 18 лет наступает расцвет молодости, ее прекрасная вершина. В мечтах я видела себя стройной, с обольстительными формами (как моя двоюродная сестра Мария) девицей, с томным, загадочным взглядом карих глаз, с пышной короной волос на голове и с певучим бархатным голосом. Не было абсолютно никаких задатков к подобному образу, к тому же, как я уже здесь писала, и глаза у меня зеленые, но я упорно представляла себя только такой… И вот теперь уже и пик юности миновал, и двадцать лет стукнуло, а по-прежнему нет ни женственности, ни томности, ни бархатной певучести. Словом, по внешности – так себе. Вдобавок и характер вздорный. Не умею, как иные, льстиво поддакивать и угоднически заглядывать в глаза. Не научилась ни сама подличать, ни прощать подлость другим.
«Юбилей» мой прошел сегодня крайне скромно – Мишка зря переживал – даже традиционного пирога на столе не было (муки, увы, мало, да и настроение у главного пекаря вконец испорчено). Правда, среди тарелок красовались в банке несколько трепетных цветочков с ворохами тонких, словно бы настриженных волшебными ножницами белоснежных лепестков: Юзеф, узнав о юбилейной дате, после работы отлучился ненадолго из дома и принес под полой пиджака небольшой букет осенних хризантем (как я позднее узнала, сорвал в панском саду). Подавая его мне, сказал просто: «Желаю сченстья».
Счастья желали по традиции и все остальные. А еще, как всегда, нашей победы, скорейшего возвращения домой, здоровья, радости.
Я, конечно, очень благодарна всем за их теплые, искренние пожелания, но мне так не терпится, чтобы бедное застолье наше закончилось как можно скорей и чтобы я наконец снова осталась одна. У меня комок стоит в горле. Огромный, колючий комок. В свой день 20-летия мне ужасно хочется плакать. И как только закрываются двери – одна за убиравшей посуду Симой, другая – в кладовку, за Юзефом, – я неслышно и горько плачу. Плачу о потерянной молодости, о загубленной жизни, а еще о своем одиночестве, о том, что нет сейчас со мной рядом человека – единственно нужного мне человека, который понял бы меня, разделил со мною эту непереносимую тоску.
